Они здесь. Они рядом. Порой на расстоянии вытянутой руки. Наблюдают за нами. Они всегда на старте. Их голод неутолим. И только хрупкий Барьер Равновесия между почти слившимися параллелями сдерживает орды потусторонних тварей. Увы, порой случаются прорывы, и тогда последней преградой между людьми и монстрами становятся команды ясновидящих.Принятый практикантом в одну из таких команд первокурсник Сергей Капустин, задумав побег от могущественного Хозяина, оказывается пленником потерянной души. Враг находит изощренный способ воспользоваться талантом Настройщика даже в текущем бесплотном отражении личности Сергея, и лишенный доступа к Кольцу Развития практикант ничем не может ему помешать. Но на свободе у пленника остались верные друзья, и его спасенное союзницей тело выжило, вопреки чаяньям Хозяина… Порядок с Хаосом продолжают свою извечную игру за господство над миром. И даже у списанной, казалось бы, в утиль пешки, всегда остается призрачный шанс пробиться в ферзи.
— Ну, суки! Вы мне за это ответите! Валера Студенков — не последний в городе человек! Вот нагряну в ваш гадюшник завтра с проверкой — поглядим, как забегаете!.. — на ходу пыхтел всклокоченный мужичек средних лет, с залысинами и солидным пивным брюшком, в распахнутом модном пальто, и, периодически оборачиваясь, грозил пухлым кулаком еще виднеющейся за парковыми деревьями яркой неоновой вывеске ночного клуба.
—…Подумаешь, цапнул шаболду размалеванную за жопец! Так она ж, сука, сама задницей своей об ногу мою на танцполе минут пять терлась! И так, и эдак! Дескать, давай, Валера, не робь! А как за жопу овцу огреб, так завизжала тварь, аж уши заложило! И кто, спрашивается, из нас двоих пострадавшая сторона?.. Млять! Да как так-то! — последнее восклицание мужчины спровоцировала попавшаяся под ноги лужа, крепкий на вид лед которой оказался хрупкой обманкой.
— Твою мать! Изгваздался, как бомжара! Нахрена, спрашивается, вообще сюда поперся⁈ — предъявил окружающим голым деревьям бедолага, брезгливо стряхивая с лакированных туфлей на прелую листву обочины налипшую густую грязь. — Ведь мог же, как нормальный, такси ко входу вызвать… Все эти суки виноваты! Администраторы, чтоб их мехом наружу вывернуло! Накрутили меня! Как нарика обдолбанного, чуть не взашей, на улицу вышвырнули!.. Ну я вам завтра устрою кузькину…
— Привет, красавчик! — неожиданный голос из-за спины на пустой парковой аллее заставил мужчину замолчать и порывисто обернулся.
Миниатюрная девчушка лет восемнадцати встретила его затравленный взгляд лучезарной улыбкой, а ее вызывающе яркий и откровенный для осеннего времени наряд (из прозрачного плаща и короткого алого платьица с вызывающе глубоким вырезом под ним, вкупе с алыми же чулками и туфлями) красноречиво намекнул о древнейшей профессии милашки.
— Ты как здесь? Откуда? Почему по дороге тебя не видел? — засыпал вопросами девчушку быстро взявший себя в руки Валера.
— Меня Оксаной зовут, — снова примирительно улыбнулась ночная бабочка. — Я видела, ты чем-то сильно расстроен был, красавчик. Могу сделать тебе расслабляющий массаж. Возьму недорого.
Так-то Валера уличным проституткам не доверял, считал их грязными переносчицами фиговой тучи венерических болячек. Но чистый, как родниковая вода, голосок этой юной прелестницы сейчас отчего-то пробил пелену его отчуждения.
— Недорого — это сколько? — удивляясь самому себе, вступил в торг мужчина.
— Не переживай, красавчик, договоримся. Обещаю: в накладе не останешься. Я девушка очень умелая и послушная, тебе точно понравится.
— А куда идти-то? Далеко? Мне, вообще-то, завтра на службу надо…
— У меня квартирка тут рядом совсем. Всего в двух шагах… Пошли скорее, красавчик, — и милашка, за время беседы успевшая тихой сапой обойти вскрытую лужу и приблизиться к мужчине вплотную, ловко подхватила заглотившего наживку клиента под руку…
— Мужик, не соглашайся! Пошли ее!.. А ты, гадина, не смей! Оставь его в покое!.. — таки не сдержавшись, закричал я (мысленно, разумеется) в окружающую меня чернильную тьму, наблюдая далеко впереди по широкому (как в кинозале) экрану за быстро удаляющейся по осенней парковой аллеи парой, абсолютно равнодушной, естественно, к моему отчаянному призыву.
Тьма сгустилась, полностью заслоняя экран, и рядом, буквально в метре от меня (вернее уцелевшей частички моего пойманного чертовой ведьмой сознания) заалели контуры козлобородой и рогатой башки Хозяина.
— Я рад, что тебе понравилось представление, — громыхнул лучащийся самодовольством лик.
— Зачем вы надо мной издеваетесь? — в отчаянье, бросил я в ответ.
— Потому что ты дал обещание служить мне, Сергей. И хочешь ты того или нет, но обещание это свое тебе придется сдержать.
— Она же все делает сама! Я не при чем! — заспорил я, в очередной раз невольно наступая на не раз уже пройденные грабли.
— Оксана лишь посредник между жертвой и настройщиком, — как всегда терпеливо, стал разъяснять могущественный хаосист. — Нам всем повезло, что у потерянной души открылся дар ясновидящего, укрепивший ментальную связь с тобой — своим фактически создателем. Но твоим и только твоим талантом Настройщика Оксана может пользоваться лишь, как посредник. Посему, без твоего, отдаленно-опосредованного участия в процессе обработки жертвы, ей в одиночку никак не справиться.
— Я не хочу снова это видеть! Пожалуйста!
— Я тоже не хотел, чтоб ты меня предавал, Серей. Но все вышло, как вышло. Ты обещал мне, и обещание свое сдержишь.
— Я обещал за знания! А в этой черноте я сейчас отрезан от всего! Я не развиваюсь! Значит и вы, Хозяин, не держите своего слова!
— А вот тут, ты ошибаешься, Сергей. Прямо сейчас, вот этим разговором, я преподаю тебе бесценный урок, ученик. И однажды ты это поймешь.
— Демагогия!
— Оксане снова нужен твой талант, Сергей. Посему, отложим беседу до следующего раза…
