Что он придумал, Талик не видел, потому что так сильно косить глазами не рисковал, но грохот слышал. Гениальной идеей остроухого оказался боевой стол, утративший в сражении четвертую конечность. На это не совсем героическое ложе его и перекатили, согнули-разместили между торчащих вверх ножек, обложили припасами как гуся яблоками и поволокли к выходу. Вставший на пути дверной косяк, который оказался узковат, эльф зарычав не хуже демона, выломал вместе с дверью. Бросил трактирщику на прощание: "Неограниченный кредит, зайдешь к торну Тувору", взялся в одиночку за обе ножки и выволок стол с Таликом наружу. Оказалось, что эльф не только быстрый, но и сильный, когда злой.
Несмотря на здешние нравы, тощую кобылку Силя никто из конюшни не украл. Силь не будь дурак, забрал свой транспорт вместе с торбой. Получается, что лошадь Талик тоже покормил. Животное было на редкость меланхоличным и продолжало хрупать овсом, пока на него грузили переметные сумки и рюкзак с вещами. Несмотря на такую смирность скотины, отважному демону совсем не понравилось лежать в непосредственной близости от копыта. Но дальнейшее ему понравилось еще меньше.
Баське вручили поводья и велели идти сзади, чтобы следил за попаданом - вдруг зашевелится, а Силь был послан вперед по курсу убирать с дороги камни. Камни кавайный убирал, а вот кочки не мог. Нальдо пятился задом и бурлачил стол вдоль по улице, приподымая, дергая и упираясь так, что стол рисковал лишиться еще двух ног. Столешница бороздила дорогу и ровняла её своей плоскостью и весом Талика. Демонический асфальтовый каток на примитивной эльфячьей тяге худо-бедно полз к воротам Парижа. Сначала Талик поглядывал по сторонам, благо эльф его видеть не мог, а заплывшего на оба глаза Баську вела кобыла. Кое-где за заборами и в окнах домов мелькали ухмыляющиеся рожи парижан, а потом стало не до коварных попаданцев. Тело постепенно обретало чувствительность, крылья дико заболели, про локоть и говорить нечего, но показывать, что отходняк начался, было никак нельзя.
На воротах демоническая выдержка кончилась. Даже Силь заохал, когда эльф переваливал стол через нижний брус - тунеядец, изображавший привратника, решил, что они - не телега и брус не убрал. Эльф не стал тратить время на скандал и преодолел деревянного "лежачего полицейского" рывком. Столешница проехалась по брусу и соскочила на землю. Голова подпрыгнула и вонзилась гребнем в доски. Эти доски, ни разу снизу не струганные, щедро поделились с крыльями занозами и щепками. Заболело все, сразу и невыносимо. Как бы Талик ни хотел прикидываться бревном и дальше, "Уу-уй, мама!" вырвалось само. Может он и смог бы уже встать и идти, но эльф-то на это не рассчитывал и волок стол дальше. Остроухий учел, что попадан пришел в сознание, и принялся вовсю нарушать инструкции, играя в дурачка. Баська держался за скулу и мычал, поддерживая начальство. Силь был осчастливлен вниманием сверх меры, потому что остроухий решил с ним пообщаться.
- Ну и как тут соблюдать инструкции?! - Риторически вопрошал Наль, обращаясь вроде как к попаданцу. - Как я могу их не нарушать, если у меня выбор между дракой, самоубийством и полной реализацией?! Чем они там думали? Как можно наблюдать и изучать, когда толпа малолетних попаданов собирается меня убить, а мой попадан перекидывается в волка от полноты впечатлений? - Талику захотелось завыть от такой новости: он же рассчитывал сначала крылья дорастить! А ушастый продолжал вещать, сдавая особенности местной жизни с потрохами. - Вот досталась бы мне магичка-попаданша, отправилась бы она в магическую школу себе на радость, еще бы и в люди вышла! Вместе со своими куцыми магическими способностями хоть доучилась бы до среднего образования! И мне премия, и ей - хорошо! Вот скажи мне, ты, жертва частичной реализации, тебе сколько лет?
- Двадцать один. - Против "жертвы" Силь даже не возразил.
- И не стыдно? - Наль отстановился отдышаться и оглядеться. - Не стыдно, да?
- А что? - Зашмыгал носом кавайный.
Баська решил внести свою лепту.
- Врёше... шударыня. Шришсать, не меньше. - В отличие от вампирического избытка зубов, у Баськи похоже образовался их недостаток.
- Вот! - Назидательно сообщил Наль и поволок стол дальше. - И все вы так! Воплощаетесь - врёте, реализуетесь - опять врёте, сколько ж можно? Ты почему попадану не рассказала, что мы - на окраине, где шляется всякая реализованная детская неожиданность без надежды повзрослеть, а?
Силь шмыгал носом и молчал. Талик молчать не мог и стонал. Но шевелиться пока не спешил - больно же! Последующее откровение вогнало его в ступор почище хвата за нос.
- А мы ж ваш шалели! - Прошамкал Баська.
