- Моя мама говорила мне, что я извращенец, - глядя на него, серьёзно сказал андроид. - Шляюсь, где попало, вытворяю, что хочу.
- Разбаловали вас там, на Земле, разбаловали, - покачал головой человек. - Права как у людей, а возможности куда блатнее.
Он перегнулся через стол и медленно смерил Бенжи взглядом с головы до ног:
- Сейчас нечаянно ткну во второй глаз, и охота шутить отпадёт.
- А я не буду говорить без адвоката, - пожал плечами Бенжи. - Какой тебе прок с бесполезной кучи металла и пластика?
- Никакого, - согласился человек, сцепил руки домиком, упёрся в них подбородком и с полминуты о чём-то думал.
- Имя, фамилия, гражданство? - наконец начал он.
- Бенжи Шабра, гражданин Франции, Земля.
- Почему произвёл посадку без разрешения диспетчера?
- Космопорт молчал, - честно сказал андроид.
- Характер выполняемой задачи?
- Я привёз пассажиров.
- Что ты знаешь об их целях?
- Ничего.
- Ты там нормальный? - удивлённо посмотрел на него человек. - Ты вообще понимаешь, что происходит? Ты нарушил воздушное пространство суверенного государства и даже не знаешь, зачем?!.
Да, развёл руками Бенжи, нет.
- Ну, хорошо.
Человек поморщился.
- Ты понимаешь, что твои пассажиры плохо ориентируются в местной уголовно-правовой сфере?
Бенжи посмотрел на него исподлобья.
- Боюсь показаться романтиком, - угрюмо сказал он, - но, по-моему, мои пассажиры вообще находятся вне всяких уголовно-правовых сфер. Вы же не пишете законы для ветра или вируса гриппа?
Они помолчали.
- Что будет с моим челноком? - спросил Бенжи.
- Разберут на запчасти, - сказал человек и, видя, как напрягся андроид, усмехнулся:
- Не напрягайся, не под током. Конфискация, хранение в течение судебного разбирательства и дальнейшая реализация.
- Судебного разбирательства?..
- А что ты хотел? - усмехнулся человек, поднимаясь. - Нарушил, но не знал - сумей оправдаться, не оправдался - плати.
- Люди любят себя жалеть, - сказала Ая. - Странно. Почему это кажется им проще, чем что-нибудь изменить в своей жизни?
- И многое ты сейчас можешь изменить? - не оборачиваясь, спросил тот, который стоял у забранного решёткой окна.
Комната была маленькой и мрачной, с установленным посреди неё генератором, с низким облупившимся потолком, бурыми стенами и массивным тёмным столом у стены. В тусклом свете висевшей над столом лампы лицо второго человека с оранжевой штукой в волосах казалось Ае не совсем человеческим.
Нет, молча согласилась она, но ведь когда-нибудь это закончится.
- Так для чего вы явились сюда? - спросил тот, который сидел за столом. - Что это? Любопытство? Жалость? Корысть?
- Любовь.
- Ой, хватит, а? - не выдержал тот, который стоял у окна. - Какая любовь?! Кого и к кому?!
Он обернулся, и взгляд его был таким тяжёлым, что Ая опустила глаза.
- Это ты меня любишь? Или, может, его? - махнул он в сторону напарника. - Или того, кто убил мальчишку? А, может, тебе нравится тот, который сейчас беседует с твоим братом?
- Брата не трогайте, - тихо сказала Ая. - Ненависть никогда никого не доводила до добра.
- Так для чего вы явились сюда?
- Это всё вседозволенность, - так же тихо сказала Ая. - И безнаказанность.
- Ну, наконец-то, сеньора! Удивительная штука понимание, не правда ли?
Тот, который сидел за столом, подхватился и принялся мерить шагами комнату.
Правда, глядя на него, молча согласилась Ая, и непонимание - тоже штука удивительная, по крайней мере, пока ты беззащитен.
- Глупость, всё глупость, - шагая, продолжал тем временем человек. - Лететь куда-то за миллионы миль и всё для того, чтобы обнаружить там варваров, не понимающих не то, что правил твоей игры, а не понимающих вообще ни черта. Зачем?!
- Возможно, для того, чтобы хоть кто-нибудь хоть что-нибудь понял, - сказала Ая.
- Понял?! - возмутился человек. - Да никому из вас и в голову не пришло, что размахивать своими возможностями среди нас это всё равно, что размахивать кирпичом над нашими головами! Миссионеры хреновы, не здесь надо стяжать прозрение, не в наших джунглях Борнео, а друг с другом! Чёрт бы вас всех побрал...
Какое миссионерство, подумала Ая, это варварство, самое настоящее варварство. И в этот момент висящая над столом лампа погасла.
.
Зал был самым большим в бункере, и в нём суетилась целая куча народу. Пилот был пристёгнут к стене, как пойманный лилипутами Гулливер, и мир его плавился, качался и плыл.
- Мммммм... - мычал он, не желая ни слушать, ни говорить.
То, что должно было бы стать песней, уводящей в неиспробованное, всё ещё упрямо колыхало его в настоящем. Он мелко дрожал, совсем не в такт наплывающим на него волнам, и точно так же мелко дрожал мешающий ему дышать генератор.
Образы, возникавшие у него в мозгу, были рваными и непонятными: фиолетовое бездонное небо и люди, люди, люди...
- О, чёрт! - говорили они. - Какой он горячий!
- Боже, боже! - говорили они. - Да что же это такое?..
- Мммм... - мычал он в ответ, и небо, раскинувшееся у него внутри, всё больше и больше темнело.
А потом бред его стал густо-чёрным, и в нём рывком проступили звёзды.
***
