Как-то, еще в начале своего пребывания заграницей, я пошла на курсы информационной технологии и однажды выполняла на компьютере упражнение по расчету выплат по ипотечному кредиту. Полученная в итоге сумма оказалась столь велика, что я подумала, что сделала ошибку. Но ошибки не было, а я зареклась покупать дом по ипотеке. Так что при покупке дома меня больше волновала цена, чем его местонахождение. Мне простительно, я большую часть своей жизни провела в советском обществе, якобы лишенном социальных различий. Но муж-то должен был насторожиться, предостеречь нас от возможных «побочных эффектов» жизни в советском муниципальном образовании.
В Великобритании партия лейбористов, рабочих по-нашему, всегда заботилась о своих гражданах, а теперь вот еще и чужие добавились в миллионных количествах. Советское жилье для трудящихся масс строилось государством в лице советов еще с конца XIX века, но именно лейбористы в послевоенные годы наделили добротным жильем миллионы нуждающихся британцев, национализировали ведущие отрасли индустрии, ввели бесплатное здравоохранение и систему соцобеспечения «от колыбели до могилы».
Сделано это было в рамках борьбы с пятью силами общественного зла — нищетой, невежеством, нуждой, бездельем и болезнями, которые обозначил Уильям Бевридж в своем отчете в 1942 году, а в 1945 году Клемент Эттли, лидер лейбористского правительства, призвал уничтожить. Началось строительство «welfare state» — общества всеобщего благосостояния, государства всеобщего благоденствия. Верной дорогой пошли товарищи!
В 50-60-х годах в связи с резкой нехваткой жилья, советами было построено большое количество многоэтажных зданий. Однако, их дизайн, напоминающий кроличий садок, оказался раем для криминальных элементов и любителей графитти. С 90-х годов начался процесс реконструкции этих микрорайонов — старые здания уничтожаются и заменяются малоэтажными домами.
В северном Кенсингтоне в Лондоне все еще гордо красуется 31-этажное здание — многоквартирный блок под названием «Башня Треллик». Здание, построенное в стиле «брутализма» по проекту архитектора Эрно Голдфингера в 1972 году по заказу местного совета, охраняется государством и стало символом уходящей эпохи. Двухкомнатная приватизированная квартира в подобном символе обойдется новому владельцу, страдающему ностальгией по прошлому, далеко в несимволическую сумму — четверть миллиона фунтов.
Советы не случайно доверили постройку такого ответственного сооружения этому архитектору венгерского происхождения, он построил также здания почившей в бозе компартии Великобритании и газеты «Дейли Уоркер». Газету постигла та же судьба, что и КП, но её преемницей стала «Морнинг Стар», по которой мы неизменно сдавали тысячи знаков на уроках английского в ВУЗе.
Обладатели советского жилья не могут быть выселены из своих домов или квартир, за исключением случаев анти-социального поведения или серьезной задолженности по аренде. Они становятся его пожизненными обладателями даже, если их материальное положение улучшится, а после смерти родителей переходит детям, если они проживали с ними. Одна супружеская пара отказалась покинуть свое советское жилье даже после выигрыша миллионного состояния в лотерею.
К слову сказать, частное жилье, купленное по ипотеке, принадлежит банкам до момента полной выплаты. А, поскольку в связи с теперешним кризисом многие банки были национализированы, то получается, что и дома, купленные по ипотеке в этих банках, тоже принадлежат государству, то есть тоже являются советскими. «Все вокруг советское — все вокруг мое!»
Когда к власти пришла партия консерваторов, «железная леди», Маргарэт Тэтчер, сломала хребет профсоюзам, начала приватизацию ведущих отраслей хозяйства, ограничила советы в строительстве жилья. Правда, гражданам было предложено выкупать советское жилье по ценам ниже рыночных примерно на 60–70 %. Казалось, мечта лейбористов об обществе всеобщего благосостояния была под угрозой. Тогда еще помню, британские шахтеры бастовали, а наша родная КПСС им денег выписала, которых, кстати, они так и не получили, и пригласила шахтеров на отдых на Черное море. А дома многие действительно выкупили по ипотеке, но потом многие же и потеряли, когда настали трудные времена из-за жадности банкиров, увеличивших процент ставок по ипотеке.
Можно только гадать, как повлияли бы на ход истории дополнительные годы правления баронессы Тэтчер, неоднозначной фигуры в политике, но женщины часто играли ключевую роль в истории страны. Достаточно вспомнить королеву Будику, или Боудикку, возглавившую восстание бриттов против римлян, Энн Болейн, одну из жен Генриха VIII, потерявшую голову (на плахе) после того, как не смогла произвести на свет наследника престола, королеву Елизавету (дочь Генриха VIII и Энн Болейн) и Викторию (не путать с Викторией Бэкхэм!).
