Профессор рассказывал друзьям, что приезжал как-то к нам и раньше с делегацией специальной, изучать, почему у нас в СССР такое низкое число разводов было. Долго они исследования проводили, дебатировали с коллегами. Все только руками разводили — загадочная русская душа…А потом как-то в перерыве между заседаниями старушка- уборщица объяснила дотошному профессору… Жилье-то трудно было получить, вот и не разводились люди, терпели друг друга, жили под одной крышей…
Джонатан обычно репетировал свои лекции, обращаясь ко мне, словно я был его аудиторией. Узнал я, что социальная наука — это наука о человеческих отношениях. Учит эта наука, как с другими людьми обращаться, жить с ними в гармонии, даже если они отличаются от тебя, например, инвалиды. Обращаясь к своей аудитории, то есть ко мне, профессор спрашивал: «Сколько людей в инвалидных колясках видели вы на улицах вашего города?». Очевидно, аудитория видела мало таких людей, потому что лектор продолжал: «Вы не видите их на улицах не потому, что их нет или мало, а потому, что они не могут себе позволить купить инвалидные коляски, и городские улицы и транспорт не приспособлены для их передвижения».
Еще было у профессора словечко любимое, «empowerment», которое даже Люда по началу затруднялась перевести….Постепенно разобрались, что оно означает «доверенность», «поддержка» индивидуума, расширение его возможностей, пока он адаптируется к требованиям общества и сможет обеспечивать свою жизнь. В каждом человеке заложена масса способностей, но не каждый может их реализовать, а если кто-то окажет ему доверенность и поддержку, то он непременно реализует свои возможности. Инвалиды, например, особенно нуждаются в такой поддержке. Иногда эта поддержка заключается в обеспечении их информацией о своих правах.
Наука полезная, понял я, но существует ли у людей такая наука, которая учит их жить в гармонии с котами и другими живыми существами? Слышал от одного из волонтеров, что у буддистов учение есть, Большая колесница. Конечная цель этого учения видится его последователям в Пробуждении во благо всех живых существ на основе сострадания и запредельной мудрости. Ежели человек так гордится своей мудростью, то значит, есть у нас, котов, надежда, что мы вместе будем стремиться к достижению этой благородной цели?
Мой квартирант любил Пушкина, считал, что это их, африканский поэт, читал мне про кота ученого, когда русский немного выучил… «У Лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том…» Мне стихотворение понравилось, но только в качестве наглядного урока, нам, котам, почему мы должны рот на замке держать. Только прознают люди, что кот ученый появился — сразу на цепь, хоть и золотую.
Я свою ученость на показ не выставлял, но держался с достоинством, и жили мы с профессором практически душа в душу. Как-то раз Алекс появилась у нас в квартире, и из её долгого разговора с Джонатаном я понял, что у нас будет новый, временный, жилец, пока ему не найдут квартиру. Организация, где работала моя будущая хозяйка, посылала в Россию и другие страны не только волонтеров-специалистов, но и волонтеров молодежной программы, которая финансировалась Европейским Союзом. Это были, как правило, недавние выпускники школ, которые еще не определились с выбором жизненного пути.
Они хотели побывать в других странах, поработать, пообщаться с представителями других культур, чтобы лучше понять свое предназначение. Я понял, что обычно эти молодые волонтеры доставляли Алекс и её начальнику в Москве больше хлопот, чем более зрелые волонтеры. Они чаще болели, теряли деньги или паспорта, или с ними случались еще какие-то не менее досадные происшествия. Поэтому мы с Джонатаном по началу были не очень рады появлению Джимми, как звали нашего нового квартиранта.
Но довольно быстро мы поняли, что опасения наши были совершенно напрасны. Джимми сразу взял на себя все обязанности по хозяйству, навел и поддерживал идеальный порядок в квартире, и даже стал готовить вкусные обеды. Работал он в детском доме, мыл посуду на кухне, поскольку у него никакой специальности не было, а в свободное время играл на скрипке для детей, среди которых были и дети-инвалиды. С помощью Джонатана молодой волонтер разработал программу реабилитации детей и даже меня стал с собой брать в детский дом. Стали мы детям показывать различные нехитрые трюки и представления, и всегда были вознаграждены детским смехом и улыбками. А уж с каким нетерпением нас там всегда ждали!
Джимми был настолько увлечен работой, что решил даже стать социальным работником. А я тоже внес вклад в программу помощи детям. То, чем я занимался — фелинотерапия называется. Эту нашу способность врачевания мы, коты, уже тысячелетиями используем, только не знал я научного термина. Сколько раз я и Люде помогал после болезни быстрее поправиться, да и маме моей новой хозяйки после перелома бедра.
