Виртуальный Соренсон, останавливаясь и озираясь на каждом шагу, двинулся через кладбище. Вокруг не было слышно ни звука, лишь ветер тихо шелестел почти невидимой листвой. Высокую луну то и дело закрывали черные облака, и мы едва могли различить расплывчатые очертания надгробий, склепов и склонившиеся над ними чуть покачивающие ветвями деревья.
Неожиданно до нас донесся скрипучий скрежет. Соренсон резко обернулся. Рядом с ним медленно поднималась могильная плита.
Соренсон хохотнул, но от этого его смеха у нас мороз пошел по коже. Прекрасно, все идет как надо.
Плита сдвинулась, под ней разверзлась глубокая могила. Из нее выбралось какое-то существо, присело на край ямы. Разглядеть его в ночной тьме было невозможно.
Соренсон боязливо шагнул поближе.
В этот момент луна вышла из облаков, и Соренсон вздрогнул.
– Здравствуй, Уолтер, – отчетливо произнес выходец из могилы.
– Ричард! Какого черта! – Соренсон отчаянно завертел головой, но, видимо, вспомнив, что он всего-навсего присутствует на показе чудес электроники, тут же пришел в себя.
– Это уже не забавно, Рейчел, – строго проговорил Соренсон. – Это... Это просто отвратительно! Выпусти меня немедленно.
– Тебе никуда не уйти, Уолтер, – покачал головой Ричард. – Ты останешься здесь, со мной. Нам надо поговорить.
По спине у меня побежали мурашки. Даже несмотря на то, что я знал, что слышу свой собственный, но только искусно измененный электронными устройствами голос, создавалось полное впечатление, что говорит Ричард. Да и внешнее сходство было до жути потрясающим. На меня нахлынула буря чувств. Я порывался сам заговорить с ним; только сейчас до меня дошло, что именно этого мне больше всего не хватало – возможности с ним поговорить. Горло сдавило, глаза защипали подступившие слезы.
Бог знает, что ощущал в этот момент Соренсон.
– Рейчел! Эй, кто-нибудь! Марк! – в панике завопил он.
Изображение у меня перед глазами задергалось, заметалось из стороны в сторону. Я догадался, что Соренсон пытается сдернуть с себя шлем. Поднял очки и взглянул на экран телевизора. Так и есть – он ерзал в кресле, стараясь стащить шлем.
– Снимите же с меня эту штуку! – пронзительно потребовал он.
Соренсон попробовал встать, но не смог. Присоединенная к шлему механическая рука практически не оставляла ему свободы движений. Он тянул и дергал ремешки, крепящие шлем под подбородком, однако Кит затянул их на совесть. Бесполезно. Из виртуального мира ему не выбраться, он стал его узником.
Я обвел взглядом реальный кабинет в Гленротсе. Уилли, Карен и отец, словно окаменев, застыли в своих креслах. Нижняя челюсть у отца отвисла, ту часть лица, что виднелась из-под шлема, заливала мертвенная бледность. Наблюдать такое ему, несомненно, тяжело. А дальше будет еще хуже. Однако помочь ему сейчас я ничем не мог.
Я вернулся в мир Соренсона. Он все еще был не в силах оторвать глаз от улыбающегося ему Ричарда. Девять месяцев назад снятые многочисленные данные о чертах лица и телосложении брата были занесены в компьютер. Сейчас, приникнув к нему в неимоверном напряжении, Рейчел управляла всеми движениями Ричарда.
– Тебе некуда бежать, Уолтер. Давай потолкуем, – мягким увещевающим тоном предложил Ричард.
– Не о чем мне с тобой говорить! – истерически выкрикнул Соренсон.
– Тогда пойдем, покажу тебе кое-что.
Ричард спустился в могилу. Изображение вновь замигало, Соренсон следовать за ним явно не хотел. Тщетно, теперь он полностью подчинялся чужой воле. И мы все спрыгнули в сырую яму. Там, в переплетенной корнями земле, перед нами открылась дощатая дверь. Ричард кивком пригласил нас войти, мы цепочкой потянулись за ним следом.
И попали в его кабинет. На стенах висят фотографии первых устройств виртуальной реальности, электронное «окно» выходит на Ферт-оф-Форт. За рабочим столом сидит Ричард.
– Привет, Уолтер. Спасибо, что приехал, – воскликнул он. – Я тут наткнулся на одну очень неприятную вещь. Хочу, чтобы ты сам посмотрел. Понимаешь, меня еще в феврале насторожило, как странно идут торги нашими акциями, и я позвонил в американскую Комиссию по ценным бумагам и биржам. Там мне сообщили, что некто по имени Фрэнк Хартман скупает их в больших количествах. И что фирма «Вагнер – Филлипс» манипулирует ценами, помогая Хартману собрать крупный пакет по дешевке. Ты знаком с Фрэнком Хартманом, Уолтер?
Соренсон не отвечал.
– Так вот, комиссия любезно прислала мне список связанных с Хартманом компаний, – продолжал Ричард. – Они подозревают, что каждую из них он прибрал к рукам, выгодно пользуясь утечкой закрытой служебной информации. Взгляни сам.
Брат передал нам список, и мы стали просматривать его, хотели мы того или нет.
– Узнаешь названия, Уолтер?
Тот по-прежнему упорно молчал.
– А есть и другой список.
