— Извинитесь, господин! Пустая стычка, никому не нужная — разве что кому-то из двоих скучающих отпрысков небогатых мерских семей, жаждущих славы и подвигов, но почему-то не отправившихся в святой поход. Отцы запретили? Денег на сбор отряда не хватило? Разочарованная молодежь, ищущая способа почувствовать себя чем-то значительным, важным и не менее достойным, чем ровесники, отправившиеся искоренять ересь. Вот она, новая погибель Собраны. Обратная сторона медали с надписью «За победу над еретиками!»
— За что же мне извиняться? — терпеливо полюбопытствовал Эмиль Далорн у невысокого. — За то, что ваш товарищ наступил мне на ногу, не извинился, да еще и мешает пройти?
— Вы невежливы, — процедил юнец. — Как все алларцы.
— Пожалуйтесь на меня герцогу Алларэ, — еще терпеливее предложил Эмиль.
— Еще чего не хватало! — прорезался верзила. — Мы накажем вас сами.
— Господа, вы помните, что сказал король Лаэрт о стычках и поединках?
— О, да, он обеспечил всем трусам достойную возможность уклоняться от вызовов!
— Довольно, — махнул рукой Далорн. — Беритесь за оружие, оба, и покончим с этим. Первым за рапиру схватился долговязый; к этому моменту алларец уже отлично представлял, кто здесь подстрекатель, а кто щит. Юный мордатый владетель вскрикнул и открыл рот, разворачиваясь к амбару: рапира, выбитая из руки единственным ударом по клинку, улетела в ночную тьму. Достаточно далеко, чтобы наполовину остудить пыл молодого мерца. Боль и онемение в правой руке довершили дело.
— Ваша очередь, — бросил Эмиль невысокому, но тот опустил острие своей рапиры к земле.
— Позвольте принести вам извинения от моего имени и имени моего друга, — коротко поклонился юноша… и ударил, по-подлому, исподтишка.
Эмиль ждал чего-то подобного: уж больно легко «сдался» зачинщик всей глупой и ненужной стычки. Поклон с оружием в правой руке, когда острие направлено вверх? Кого можно обмануть подобным — против всех правил этикета — поклоном и каким же дураком надо быть…
Уход в сторону — пропустить клинок мимо — перехватить запястье руки, держащей рапиру, рвануть вверх с одновременным заходом за спину противнику. Наглый юнец прокрутился в руках Эмиля, словно керторская девчонка в танце. Его рапира оказалась в руке Далорна. Шлепок пониже спины — плоскостью клинка, а потом выбросить рапиру подальше. Просто, очень просто. Сумел бы любой хорошо обученный алларский мальчишка. Вот только что таит за собой эта простота?
— Чем же я вам так не угодил? — поинтересовался Эмиль у долговязого, пока второй ошалело тряс головой и с тоской пялился в ночную тьму. — На самом деле? Дылда, растиравший запястье, не понял вопроса. Не притворился, а именно что не понял. Совсем. У него не было никакой причины вступать с проезжим алларцем в ссору. У него не было никакой цели — никто не посылал эту парочку в трактир на границе Керторы и Меры. Все случилось само по себе. Оба даже не были пьяны. Понимали ли они, что делают? Чем рисковали? Законы беспощадны: за дуэль или случайную стычку казнят; но чаще отправляют гребцом на галеры. «И не только зачинщика, но и всех участников, даже секундантов!» — в следующее мгновение напомнил себе Эмиль. Всех. Единственное исключение — жертва нападения в случайной стычке, но и то без клятвы на священной книге не оправдаешься, а лгать, положив руку на Книгу Сотворивших, будет только законченный идиот.
