Четвертый этаж…
Нам всегда было так хорошо вместе. Мы понимали друг друга с полуслова, а с годами так выучили характеры друг друга, что находиться рядом было так же естественно, как дышать.
Пятый этаж…
И близость между нами была так же естественна, как дышать. Будто мы изначально знали тела друг друга так хорошо, что это помогло нам достичь пика блаженства. Мы идеально подошли друг другу в постели. Совпадение это или что-то другое?
Нет, не совпадение. Не будет у меня так ни с кем больше. Никогда.
Когда я подошла к двери и достала ключи из сумки, то не смогла попасть в замочную скважину — ключ все время промахивался, потому что я не видела, куда тыкаю. По моим щекам, по носу текли крупные слезы, они застилали мне глаза и мешали видеть.
Вдруг я услышала звук проворачиваемого замка — это Алиска открывала с той стороны.
Я ввалилась внутрь, осела на пол в коридоре и завыла белугой. Я рыдала, только что поняв для себя одну очень важную вещь.
— Я люблюююю егооо, — рыдала я, размазывая слезы и сопли по лицу.
— Это кого? — испугалась Алиска, вытирая руки о голые ляжки. Она только что встала и, видимо, ещё не совсем соображала что происходит.
— Артеееема, — провыла я.
— Ну, это же хорошо, — опешила Алиса. — А ревешь-то чего?
— А я ему отказаааалаааа.
От удивления Алиса даже села со мной рядом на пол. Помолчала немного, пока я рыдаю, не зная что сказать.
— А зачем ты ему отказала? — наконец, спросила она.
— Думала, что не люблю. Ну как без любви-то жить? А п-потом шла, шла… думала… а как дошла поняла что люблююю, — захлебываясь слезами еле выдавила я.
— А Тёма же принципиальный, — тихо сказала Алиса. — Не любит, когда туда-сюда его таскают. Если позвонишь опять, может и не поверить.
— Угу, — кивнула я. — То секс, то ни секс. То люблю, то не люблю. Пошлет меня.
— Точно пошлет, — кивнула Алиса.
— Алиииис, — всхлипнула я.
— Чего?
— Ну почему я такая дура?
Алиса вздохнула глубоко и обняла меня крепко-крепко.
— Не знаю, Поль, в кого ты такая уродилась, просто не знаю…
Эта тварь свалила на Мальдивы на две недели. Видимо, ему не хватило солнца. Ну ничего, я терпеливый, мог и подождать. В конце концов, выдалась неделька-другая, чтобы обдумать, с какой стороны я буду чистить ему рыло. Когда Олег приземлился в аэропорту, я ему так и написал: «Нужно поговорить по-мужски. Один на один. Приходи с кулаками».
Если Олег не идиот, должен был понять что это значит, а он не идиот. И каким бы он ублюдком ни был, если ему сказали приходи с кулаками, что означало один на один, он придет на встречу действительно один. Я это знал, поэтому своих ребят не звал.
Мы встретились за городом, на пустыре, где не пробегали даже облезлые собаки, чтобы нам не мог никто помешать. Я на своем «патрике», он — на новой, навороченной панамере.
За Олегом всегда вилась куча девчонок, которая при одном его холеном, накаченном виде раздвигала ноги. Или, быть может, при виде его машины, уж не знаю. Девчонки падки на бабло. Вот только Полина никогда не смотрела на деньги. Когда они с Олегом встретились, тот был тощий прыщавый очкарик, и мог красиво заливать в уши. Так, как не мог я.
Простой троечник, который очень плох в литературе — вот что стало роковым для наших с Полиной отношений. Память на стихи у меня была просто ужасная, а вот Олег мог цитировать целые портянки, за что и был отмечен в «какой же он замечательный и чувственный». А оказался обычным козлом, который говорит одно, а делает совершенно другое.
Почему девки такие слепые? Долгие годы… как можно столько лет слушать, как тебе втирают о звёздах и лунах, и при этом терпеть всю ту грязь, которая делается за твоей спиной, а иногда и прямо в глаза? Никогда не пойму этих баб.
— Тебе чего от меня надо? — Олег вальяжно сложил руки на груди, приземлив задницу на капот своей тачки.
— Две недели на Мальдивах? Думаю, уехал страдать после развода?
— Отстрадал, — нагло отрезал Олег. — Мне в этом кое-кто помог.
— Две блондинки с третьем размером груди? — ядовито усмехнулся я.
— Три блондинки, — поправил меня Олег, и я точно знал, что это не насмешка и не шутка. Он не врал. Олег ездил на острова в сопровождении шлюх.
— Так помог, что ты названиваешь Полине, чтобы она вернулась к тебе? — с претензией спросил я.
— Тебе не кажется, что это не твое дело? — Олег тряхнул черной челкой, намекая, что я лезу не в свои дела. — Это наши семейные дела. Тебе в них не место.
— Вы в разводе, если ты забыл.
— Сегодня в разводе, а завтра нет… кто знает, как судьба обернется.
Этот ублюдок даже одежду не сменил. Так и стоял в шортах и рубашке с пальмами на груди. Всем своим видом показывает, что ему плевать на меня.
— Полина не хочет видеть тебя. Она много раз говорила об этом. Не смей к ней приближаться.
— Иначе что? — усмехнулся Олег.
