Свистулька? Перед глазами появляется образ подкаченных ярко-красных губ. Пожалуй, эта кличка ей в самый раз. Мне не капли не жалко рыжую гадюку. По ее милости у меня половину ночи тянуло низ живота.
— Плевать, пусть сам со своей сеструхой разбирается. Лишь бы мою Ангелину никто не трогал. — В голосе Максима читается беспокойство.
Кирпич. Машинально передергиваю плечами, вспомнив случайную встречу с этим неотёсанным неандертальцем.
Света сестра Кости Кирпича! Под ложечкой неприятно сосет. Кончики губ непроизвольно опускаются вниз. Значит эта стерва и дальше будет часто ошиваться возле Максима.
— Захомутала все-таки блондиночка тебя, — беззлобно усмехается Волков, проводя ладонями по бедрам, обтянутым в брюки цвета корицы. — Когда познакомишь?
Максим выпрямляется и с негодованием смотрит на Александра.
— Не понял, это еще зачем? — сталь в его голосе прорывается наружу, — на свадьбе познакомитесь. — Отрезает грубо, но добавляет уже спокойнее, когда видит, что Волков выставил ладони вперед, намекая этим жестом о полной капитуляции. — Времени полно для знакомства, например, после выписки из роддома.
Какой же все-таки Садулаев собственник!
— Свадьба? — мужественное лицо Волкова вытягивается в неподдельном удивлении от новостей, — да вы ж всего ничего вместе, какая свадьба?! — затем почти мгновенно делает вывод и добавляет, — попала что ли красотка твоя?
Губы бессознательно приоткрываются, когда я понимаю, что речь идет о… нашей свадьбе с Максимом!
— Это мой кулак тебе сейчас в голову попадёт, дебил. — Почти рычит Садулаев. — А любимая моя в положении. Ясно?!
— Прости, брат. Не хотел обидеть, — без проблем и лишнего сотрясания воздуха, признает свой промах Александр, чем сразу заслуживает с моей стороны еще один плюсик в свою копилку. — Я ж не знал, что вы тут бейбика планируете вовсю.
Бровь Максима скептически ползет вверх.
— Мне кажется, тебе уже пора, — тон холодный, серьезный. Явно не в настроении отвечать на подколки друга.
Волков, хохотнув, бьет по-дружески кулаком Максима в плечо:
— Да брось, брат. Дело житейское. Сколько вы вместе? — кривит язвительно губы, продолжая опасно подшучивать над давним другом.
— Да завали ты, — беззлобно ворчит Макс, уголок его губ дергается в сдерживаемой улыбке. — Не знаю, какого я тебя терплю.
Не в силах больше сдерживать эмоции, лечу обратно к кровати. Почти душу шёлковую подушку в руках. Правильно говорят: что сердце, не познавшее боли разочарования, не знает и радости полета!
Садулаева Ангелина Алексеевна!
Звучит… Прикусываю нижнюю губу, сдерживая дрожащую улыбку. И как только меня может радовать, то, что полностью противоречит моим мечтам?! Это так странно.
Но я сделала вывод, да, именно так: любовь — одно из самых главных чувств. К сожалению, часто мы сами портим или уничтожаем ее, предъявляя слишком большие требования. Больше не совершу такой ошибки. Прошлое Максима должно остаться в прошлом.
Максим любит меня, я это чувствую.
Я должна с доверием относится к своему мужчине, и смотреть в будущее без оглядки.
— Ой! — непроизвольно вскрикиваю. — Больно!
— Проклятие… — цедит, ослабляя захват. — Придурок ревнивый.
— Не понимаю, — лепечу, завороженная необычным выражением лица Максима. С него как будто спала маска, он полностью как на ладони. Такой милый в своей искренности, что кажется на какое-то мгновение уязвимым…— ревнивый? — недоуменно повторяю, прикасаясь кончиками пальцев к колючей скуле.
Какие у него длинные ресницы! Почти задыхаюсь в восхищении, встречаясь с взглядом синих глаз. Я раньше даже не замечала, что его радужка имеет несколько различных оттенков синего, начиная от аквамаринного и заканчивая темно-лазурным.
— Ты все еще его любишь? — этот вопрос застает меня врасплох. Я, словно очнувшись от глубокого сна, медленно моргаю.
— Кого? — удивляюсь, машинально ведя пальцем по линии волевой мужской челюсти.
Максим перехватывает мою руку, смотрит, упрямо поджав красиво очерченные губы.
— Сопляка этого! — почти рычит Садулаев.
И только сейчас я понимаю истинный смысл реакции Максима на все происходящее! Он подумал, что я плачу из-за Димы, из-за этих проклятых фото. Подумал, что сделал мне больно, открыв глаза на измену бывшего.
Да он ревнует!
Сердце, словно механический насос, принимается быстрее разгонять кровь по венам. Максим ревнует к моему роману с бывшим, который никак иначе, как детским баловством и не назвать. Меня окутывает такая сильная щемящая нежность, что перехватывает дыхание.
Ведь ревность — это изнуряющий коктейль из бессилия и главное, острого дефицита любви. Ужасное чувство. Прихожу к выводу, что ему не место в наших с Максимом отношениях.
Спохватившись, понимаю, что до сих пор не ответила на вопрос любимого. А ведь пока я витаю в облаках и анализирую все случившееся, он ждет мой ответ.
— Боже, нет! — для убедительности машу отрицательно головой, — я не люблю его!
Вижу, как плечи Максима расслабляются, из них уходит болезненное напряжение, даже дыхание у мужчины становится размереннее.
Наклоняется ко мне и целует в макушку.
