Как отреагировал? Хотя, о чем это я? Уверенна, Садулаев на седьмом небе от счастья.
Останавливаюсь на середине сообщения, вспыхивая горячим румянцем. Да, еще месяц назад я рассказала подруге о наших с Максом отношениях. Только вот забыла упомянуть, что мы больше не вместе.
Просто промолчала о том, какая черная (или все-таки рыжая) кошка пробежала между нами. Снова перевожу взгляд на электронное письмо.
«Подружка, все, что происходит на этом свете, не просто так.
Поверь! Рожай и даже не думай! Я всегда поддержу!
P.S. Когда свадьба?!»
Со стоном откладываю телефон в сторону, поставив перед этим на беззвучный режим. Боже! Все как сговорились!
Пару минут ушло на то, чтобы натянуть мягкую пижаму, состоящую из коротких розовых шортиков и белого топа на тонких лямочках. Нырнув в постель, я громко вздохнула, сжимая подушку руками.
Прохладные простыни приятно холодили кожу после душа, поэтому я даже не заметила, как провалилась в глубокий тревожный сон.
Мне снилось, как я босая бегу под проливным дождем. Страшно… кругом полумрак, холод, чувство бесконечного одиночества и страха. Мне надо найти ее… но вот кого именно - я не знаю.
Кажется, если не найду, то умру.
У меня просто остановится сердце. Тоска хищной птицей, клюёт душу, вырывая, выворачивая ее наизнанку.
Ну, где же ты?!
Я слышу рыдания - свои рыдания. Ноги пронзает сильная боль. Под ногами разбитые стекла, много стекол. Они острыми прозрачными шипами впиваются в нежную кожу пяток.
Пока я продолжаю бег, позади меня расцветает дорожка из кроваво-красных роз.
И вот я вижу ЕЁ - крохотная малышка сидит на полу и тянет ко мне пухлые ручки.
- МАМА!
Мне страшно…
Нежный голосок звенит в ушах.
Опускаюсь на колени, захлёбываясь слезами. Глажу дрожащими руками мягкие, как шелк, темные прядки волос и, глядя в огромные синие глазки, шепчу перерывающимся от рыданий голосом:
- Я никому не отдам тебя, солнышко! – и раскачиваюсь из стороны в сторону, прижимая детскую головку к сердцу.
По лицу бегут слезы, капая с подбородка на грудь. Прости меня! Буквально захлебываюсь слезами. Я не отдам тебя никому...
Сквозь сон в сознание врывается резкий звонок в дверь.
Машинально провожу по чувствительной, мокрой от слез щеке. Через мгновение, надев пушистые тапочки-зайки, бреду к двери, все еще не отойдя полностью от потрясшего меня сна.
Но, стоит заглянуть в глазок, как из груди вырывается тяжелый прерывистый выдох.
Садулаев Максим Мансурович…
Настойчивый стук в дверь дал понять, что Максим, без сомнений, уверен в том, что я дома.
- Ангелина, открывай! Я знаю, что ты дома. У тебя свет горит на кухне, - приказной тон бьет по барабанным перепонкам.
Садулаев, как всегда, не изменяет себе! Вздрагиваю, проклиная себя за беспечность, и тут же вся холодею, когда внезапная мысль пронзает мозг острой, раскаленной, цыганской иглой.
А вдруг он ВСЕ знает?!
Боже, я сейчас совершенно не готова к серьезным разговорам и решениям! Не смотря на страх, меня вновь потянуло посмотреть в дверной глазок. Пристав на цыпочки, я прильнула к небольшому отверстию в двери.
На площадке я увидела Максима. Его темные волосы были всклокочены, будто он так торопился, что вместо расчески просто небрежно провел по непослушным вихрам пятерней.
Мужчина упирается руками в дверные деревянные косяки. Выражение лица Садулаева максимально серьезное.
- Ангелина, нам надо поговорить! – внезапно его тон меняется, словно он почувствовал, что я стою за дверью, и становится более мягким, спокойным. - Прошу, открой! Пожалуйста…
Я отпрянула назад, прижимая ладонь к груди, там, где лихорадочно билось сердце. Облокотившись спиной на двери, я начала медленно сползать на пол. Мне казалось, я слышу в ушах стук своего сердца. Он заглушал все вокруг… даже стук кулака Максима. Спрятав лицо в ладонях, прерывисто дышу от волнения.
- Если ты не откроешь, я выломаю дверь! – эта угроза взмела действие, заставив меня резко вскочить на ноги.
Прежде, чем я решила, что делать, за дверью раздался слегка визгливый голос моей соседки по подъезду.
- Молодой человек, вы что тут шумите?! – недовольно обрушилась баба Женя на злостного нарушителя тишины.
Прижавшись ухом к двери, я прислушалась к разговору.
- Да, девушка моя не открывает, - хриплый голос Максима звучит взволнованно. - Переживаю, вдруг плохо. Она беременна.
Черт! Хлопаю себя по лбу и раздосадовано морщусь. Что ты творишь, Садулаев?!
Это же главная сплетница на нашей улице. Боже!
Удивленный возглас громким эхом разносится по узкому коридору.
- Беременна? – голос сплетницы дрожит, но, скорее, от любопытства, чем от беспокойства за мое здоровье. – Ангелинка наша, что ли? Из тридцать первой? – уточняет она, наверняка ошалев от такой новости.
Мой глаз достаточно ощутимо дергается. Все, приплыли! Прежде, чем Максим успел ответить, я порывисто поворачиваю ключ в замке, чтобы открыть дверь.
- Привет! – бросаю быстрый взгляд на Садулаева, непроизвольно отмечая, как же он хорош.
Максим как всегда стильно и со вкусом одет.
