Мои спутники были настроены куда оптимистичнее. Они тащили с собой чертову тучу оборудования, которое должно было не только сохранить нам жизни там, но и показать, как вернуться обратно. Я в это не вмешивался и лишних вопросов не задавал, большую часть дороги я просто смотрел в окно. Взаимодействовать с окружающими мне пришлось лишь однажды, когда Сергей попытался подсунуть мне пистолет.
– Не надо, – только и сказал я.
– Уверен? Без оружия туда пойдешь?
– Если хотя бы половина того, что вы рассказали мне о том мире, правда, никакое оружие мне не поможет.
– Суди сам.
Он определенно считал, что я совершаю ошибку – по глупости или по трусости. Он, по ходу, про протез забыл. Это даже лестно.
Стрелять, когда у тебя всего одна рука, та еще задача. Нет, это возможно, особенно из пистолета. Но это не быстро и требует определенной сноровки. Я вот, например, не умею, и у нас нет времени меня учить.
Да и потом, в эти дни функциональность моего протеза, увы, снизилась. Тут надо понимать, что он контролируется двумя способами. Ряд простейших движений запускается через датчики, управляемые мышцами на культе. Но вот сложные движения пальцев задаются через специальное приложение на смартфоне. Штука это удобная, при желании я могу весьма эффектно продемонстрировать миру средний палец в стиле Терминатора, причем быстро.
Однако после звонка по межмировой линии мой смартфон восстановлению не подлежал. У меня даже не было времени купить новый со всеми этими переездами. Громов выдал мне телефон для связи, но для установки приложения гаджет уровня «кирпич» не подходил. Так что приходилось довольствоваться базовыми функциями.
На станции нас встречала другая группа – пять человек, я никого не знал. Мне объяснили, что двое из них – охранники, остальные – ученые. Им предстояло остаться здесь и следить за сигналом, который мы будем подавать оттуда. Опять же, это в теории, как оно будет на самом деле – никто не знал.
Заброшенная станция представляла собой жалкое зрелище. Нет, создавали ее когда-то весьма симпатичной: аккуратная платформа, кованые столбы, крыша-навес, лавочки, маленькое здание касс и администрации. Но за то время, что здесь не было людей, это место пришло в катастрофический упадок. Ржавчина сожрала все, что хоть отдаленно напоминало металл, сделала трухлявым и ломким. Грязи было столько, будто тут только позавчера осушили болота. Черной, подсохшей, но еще вязкой грязи… Не знаю, откуда она взялась. Да и не хочу знать.
Разрушений было многовато для такого срока. Мне уже доводилось видеть и станции, и города, которые существовали без людей гораздо дольше. И держались они лучше! А тут погодные условия не самые плохие, никаких особых факторов нет – и такое гнилье…
Я не стал спрашивать о причине, и так ведь знал, что мне ответят. Тоннель был далеко – просматривался черной точкой на горизонте. Но даже так ветер доносил до станции ледяной воздух и какие-то звуки, которые я упрямо списывал на эхо.
На основном пути и вспомогательных догнивали поезда – три ржавые громады, такие же бесполезные, как все остальное тут. Связываться с этими крокодилами не было нужды, для нас уже подготовили неплохо восстановленный головной вагон. Конечно, он тоже не тянул на возвращение к славному прошлому, ни один хотя бы отчасти адекватный пассажир туда и ногой не ступил бы. Но мы-то не сильно адекватные, нам можно!
В вагоне укрепили двери, заменив их механизм, полностью восстановили окна, наварили на них защитные решетки. Тут хватало места и для оборудования, и для людей. Техник, которого я не знал, объяснял что-то Сергею и Антону. Я наблюдал за всем этим со стороны, я все еще чувствовал необъяснимую отстраненность от происходящего, да и не пытался от нее избавиться. Так лучше, так я сам спокойнее буду.
Ко мне подошла Таня, сжимавшая в дрожащих пальцах раскуренную сигарету.
– Нервничаешь? – поинтересовался я. – Я думал, ты рада будешь.
– Я и рада! Но все равно волнуюсь.
Таня, в отличие от меня, пистолет взяла. Значит, и она не могла поручиться, что первый контакт пройдет мирно да с хлебом-солью.
Когда подготовка была закончена, Сергей позвал нас с таким видом, будто именно из-за нас экспедиция не стартовала на час раньше. Я не был задет, меня предупреждали, что в напряжении он вечно чем-то недоволен. Я видел, что все, кто входил в вагон, сжимали в руках оружие. Я же просто плюхнулся на первое свободное кресло у окна. Я только спросил:
– Что будет, если портал не откроется?
– Покатаемся, – усмехнулся Сергей.
– Выедем за пределы тоннеля и почти сразу вернемся, – пояснил Антон. – Таким образом у нас будет две попытки прохождения через опасную зону. Если ничего не получится, попробуем в другой день при другой фазе Луны.
Он тоже упомянул Луну… Очень, очень любопытно. Я сильно сомневался, что Антон – сторонник романтичной теории про неприкаянный призрак другого мира. Получается, Луна реально связана с переходами в то пространство, пусть и непонятно как.
