Разница в понимании одних и тех же слов (знаков) по-разному в разных языках может не только смешить, но и порождает нешуточные полемики и даже войны. В пропаганде такая игра (ТРЛ) значений и смыслов – обычный и давний прием. П.Й. Геббельс, убеждая[489] немцев в превосходстве над русскими, говорил, что оно заложено в языке.
Германец скажет:
Русский же скажет: у меня есть книга[490].
Геббельс не знал, что русское утверждение есть литературный оборот, эвфемизм[491] вежливой речи русских мужчин. У нас очень давно не принято говорить о личном[492]. А.Э. Бенвенист, сравнив множество языков, утверждал: «Если в языке уже существует
В боевом ТРЛ глубину речевого укола определяет глубина времени, использованного речевым фехтовальщиком приема. Чем прием опробованнее (лат.
Однако все эти приемы способен применить лишь хорошо классически образованный тролль. Упадок классического образования вызвал недооценку тонких троллей (агитаторов) и размножение толстых троллей (пропагандистов); к числу последних можно отнести и таких пишущих, основным средством влияния на читателя которых является психолингвистический бред. Ведущую роль среди них стали играть даровитые люди с дипломами философов, психологов, социологов и других ремесел, порожденных языком психолингвистов.
Особенно ядреной, но малопонятной феней отличились за минувшие 20 лет так называемые либералы и рыночники. Иностранная матерщина ученых, впитанная в разных
Бред необходимо перевести на ясный и понятный русский язык, иначе государственные траты на народное образование окажутся пустыми или даже опасными, о чем в 1955 г. написал стихотворение В.Д. Федоров:
Приемам борьбы за человеческие сердца письменной и устной речью в СССР учили на факультетах журналистики. В пособии для студентов факультета журналистики СПбГУ «Функциональные типы речи» учащимся предлагается осмыслить строки известного советского философа М.К. Мамардашвили, выглядящие на русском языке довольно нескладно:
