У лесного склада старой горы дрейфовала в сопровождении маленького буксира баржа. Матросы проворно сбросили на нее линь и, подтянув к борту «Красотки», перегрузили ее бесценный груз, после чего отпустили баржу восвояси. Загрузка дровами на ходу не имела такого распространения на Миссури, как на Миссисипи, но хозяин склада специально позаботился, чтобы оказать им эту услугу.
Эзра и Абрахам принесли на мостик еду и питье, и Хэл с Уильямом смогли перекусить, пока матросы на палубе пели душещипательные песни о колесницах, несущихся в небо.
Тем временем «Красотка чероки», окутанная клубами черного дыма и искрами, напрягая все силы, мало-помалу нагоняла «Спартанец». Дождь наконец прекратился, и тучи рассеялись; из-за них показалась полная луна. Перед ними лежала Миссури, залитая серебряным светом; вода в ней поднялась выше, чем несколько дней назад, и продолжала быстро прибывать, по мере того как ручьи и речки несли в нее дождевые потоки.
Два матроса сняли с переднего окна доски, чтобы ничто не мешало обзору. На берегах то тут, то там стояли группы людей, радостно приветствуя проходящую мимо «Красотку». В пенящейся воде крутились, то исчезая, то всплывая, всевозможные обломки и мусор. Когда подтопленные коряги представляли угрозу для безопасности судна, матросы шестами отпихивали их от борта.
Очередную опасность впереди они заметили издалека: конгломерат мертвых деревьев, переплетенных ветвями, не оставлял надежды на благополучное завершение плавания. Только топоры и пилы могли проделать проход для судна в этой непроницаемой стене. К счастью, бурное течение прибило этот завал к обрывистому берегу и «Красотка» проскочила мимо без приключений.
С северо-запада потянуло холодным ветром, принесшим с собой дыхание заснеженных горных вершин и зимних морозов. Поежившись, Виола быстро покинула рубку и вскоре вернулась вместе с Абрахамом, они принесли всем теплую одежду и кофе.
Неожиданно на нос «Красотки» посыпался сноп искр, вырвавшийся из труб «Спартанца», и Сэмпсон тотчас подал сигнал тревоги, после чего матросы с ведрами бросились тушить возгорание. Минуту спустя все снова пришло в норму.
Хэл внимательно смотрел вперед. До «Спартанца» оставалось не более мили; Нортону каким-то образом удалось немного увеличить скорость, и теперь расстояние между пароходами сокращалось еще стремительнее.
Наконец, миновав очередную излучину, они увидели перед собой «Спартанец» на расстоянии не более трех корпусов.
– Эй, на «Спартанце»! – прокричат Сэмпсон к рупор. – У вас на борту находится убийца. Немедленно остановитесь, и мы заберем его, чтобы доставить в Омаху.
– Никогда! – так же в рупор ответил Хатчер. – На моем судне нет убийц, и до Канзас-Сити я не остановлюсь!
– Ну вот: все идет, как я и ожидал, – пробормотал Хэл.
Аккуратно управляя судном в узком фарватере, он пристроился в хвост «Спартанцу». В это время на капитанский мостик поднялись Белькур и Маккензи. Прошло почти шесть часов с тех пор, как они сменились.
С близкого расстояния было видно, что «Спартанец» пережил куда больше столкновений с деревьями, чем «Красотка»; краска на его корпусе была ободрана, а одна из труб покосилась.
В машинном отделении «Спартанца» наблюдалась странная суета, что заставило Хэла нахмуриться. Неужели желание Хатчера экономить на всем в конце концов создало проблемы? Возможно, они не вычистили хорошенько паровые котлы и пароотводящие трубы забило грязью. Еще могли расшататься крепежные заклепки двигателя или парового котла. Или…
Вариантов поломок имелось множество, но, по-видимому, возникшие проблемы не были существенными, так как «Спартанец» продолжал быстро мчаться вниз по Миссури.
Применяя многочисленные хитрости, Хэл продолжал сокращать дистанцию между «Красоткой» и «Спартанцем» – теперь их разделяло всего два корпуса.
Тем временем Грабли Дьявола неумолимо приближались. Если Хатчеру хватит безрассудства броситься в этот лабиринт коряг и топляка во тьме ночи, он, безусловно, отыграет время у осторожной «Красотки». Прохождение Граблей Дьявола в ночи равнозначно протаскиванию иглы длиной в две сотни футов через терновые заросли замка Спящей красавицы.
Хэл заскрежетал зубами.
– Появился треугольный утес, – предупредил спокойный голос Розалинды. Чересчур спокойный. Этот утес служил опознавательным знаком двух крутых поворотов, сразу за которыми и начинались Грабли Дьявола. На вершине утеса горел небольшой костер, отбрасывая пляшущие тени; вокруг него толпились многочисленные зрители.
На первом повороте «Спартанец» заложил чересчур крутой вираж; «Красотка» последовала его примеру и зацепила берег, но на такие мелочи Хэл уже не обращал внимания.
Впереди на расстоянии менее трех корпусов замаячил второй поворот. «Спартанец» немного задержался с маневром, желая срезать угол, но Хатчер недооценил течение и конфигурацию фарватера, в результате чего пароход ударился кормой о берег и его развернуло поперек реки.
– Полный назад! – закричал Хэл и тут же позвонил в машинное отделение.
