Речной лорд полностью

– Мы отомстим за моего брата! Враги умоются кровью. А проклятая сука Ланнистерша закончит жизнь в петле, – громыхнул лысый и усатый, словно морж, сир Вендел, ударив кулаком по столу.

Его слова звучали как пустое бахвальство, но Кейтилин была рада любому союзнику. Хоть кто-то поддерживал ее в Белой Гавани. Правда, в бескорыстность Вендела и его братскую любовь женщина не верила. Теперь, после смерти старшего брата, именно Вендел стал наследником Белой Гавани. Пусть он и не особо стремился к подобной чести, но ныне своего шанса не упустит.

Кейтилин знала, что лорд Мандерли решил женить своего сына и подыскивает ему подходящую партию. Он даже обратился к ней с предложением объявить о помолвке Сансы и Вендела. Кейтилин ответила возмущенным отказом, ведь жених старше чуть ли не на двадцать лет. И отказ сей стал еще одной причиной охлаждения их отношений.

– Лорд Мандерли, – кашлянул Марлон, ловко переводя разговор. Он командовал гарнизоном Белой Гавани и приходился кузеном хозяину замка. – Завтра к нам прибывает король Станнис. Необходимо провести смотр моих людей и еще раз оговорить все детали. Я не намерен лишний раз краснеть, и распорядился, чтобы каждый привел свои доспехи и оружие в надлежащее состояние. Все будет в самом наилучшем виде.

– Я и не сомневался в вашей компетентности, – кивнул лорд. – А ровно и в вашей верности.

Вот и еще одно отступление. Разве Робб довел бы до подобного? Но теперь, когда все так повернулось, Кейтилин не могла не уступить. Она вынуждена признать Станниса королем, и согласилась принести все положенные клятвы верности. Без него и его войска им не устоять. И этот шаг, неприятный и трусливый, позволил ей сохранить верность Мандерли и оставлял шансы на победу. А ещё появилась надежда отомстить за Робба. За подобный шанс можно многое отдать.

Злой ветер дул с моря. Он нес крупный мокрый снег, а его порывы забирались под одежду и заставляли ежиться от холода и сырости. Чуть ли не весь город высыпал на пристань для встречи короля Станниса.

Лорда Мандерли принесли в специальном паланкине. Он с трудом выбрался из него и пересел на кресло, больше похожее на вековой пень, дожидаясь того момента, когда придется встать и преклонить колено. Родичи, капитаны судов и гвардейцы окружили хозяина Белой Гавани. Закутанные в меха, его внучки смотрелись настоящими принцессами. Почему они с еще живым Недом никогда не обсуждали их, как возможных невест Робба?

Кейтилин вместе с детьми встала рядом. Лохматого, лютоволка Рикона, заперли в одном из подвалов. Падкая до любых зрелищ толпа окружала их со всех сторон. Городская стража держала их на почтительном расстоянии.

Сандор Клиган где-то пропадал. Одно время он состоял в свите Робба и сражался так умело и свирепо, что его стали ценить. Тем более, он привез им Арью и сразу же снял с себя тот позор и ненависть, что успел заработать на службе у короля Джоффри. Из Волчьего леса Пёс вырвался чудом, в крови, своей и чужой, да и потом получил несколько ран и едва выжил. А сейчас наверняка забрался в один из постоялых дворов и хлещет винище. И ему нет дела до того, кто приплыл в Белую Гавань. В другое время Кейтилин озаботилась бы его судьбой, но сейчас у нее имелись дела и поважнее.

– Вот они! Вот они! Король Станнис! – послышались крики, когда первые суда показались из-за Тюленьего острова и стали величественно и неторопливо заходить в гавань. Гордо реяли их паруса, а матросы скользили по снастям, как муравьи. Бушприты пенили свинцовые волны. Арья и Рикон восторженно вертели головами, не упуская ни одной детали.

– Вон стяг короля Станниса, мой лорд. Он на новой галее. Кажется, она совсем недавно спущена на воду. Я её не помню, – около Мандерли находился один из опытных капитанов и почтительно разъяснял название кораблей и их силу.

Первым к причалу подходило внушительное судно. Вместо привычного герба Баратеонов Станнис использовал новый стяг – пламенное сердце, внутри которого заключен коронованный олень его дома. На новом гербе олень словно умалился, отдав первое место непонятному и неизвестному богу с Востока.

Но все же галея, да и весь флот, смотрелись грозно. И моряки на них служили умелые. Они ловко пришвартовали корабли.

– «Благочестивая», «Молитва», «Морской конь», «Горящий трезубец», – рассказывал капитан своему лорду, в то время как моряки закрепили концы и перекинули сходни. – Они уцелели после битвы на Черноводной.

– Довольно! – властно поднял руку лорд Мандерли. С корабля стали спускаться люди. – Поднимите меня!

Два рыцаря подхватили лорда под локти и помогли встать на ноги.

К ним быстро и решительно подошел крупный мужчина, широкоплечий и жилистый. Темно-синие глаза смотрели остро. Короткая борода на внушительной челюсти придавала ему властности, а обветренное лицо с затвердевшей кожей и впалыми щеками – суровости. Над тяжелым лбом возвышалась корона.

В последний раз Кейтилин видела Станниса под стенами Штормового Предела. Тогда, волей судьбы, она присутствовала при разговоре двух братьев, Станниса и Ренли. Ей показалось, что с той поры король постарел.