Речной лорд полностью

– Блестящий план, – одобрил Ройс и с немалым уважением покачал головой. – Но как вы обменивались вестями? Как решили, когда именно лорд Бракен должен перейти на сторону неприятеля? И в какой момент он должен был сказать свое слово?

– На то у нас имелся тайник в Риверране, в одном из подвалов, – с улыбкой пояснил Роман. – Джонос или я оставляли там письма, а другой их забирал. Так мы определили время, когда он покинет замок и решили, что он ударит в тыл Ланнистеров в ближайшем крупном бою.

– Без лорда Бракена и его блестящего маневра победа нам бы могла и не достаться, – с важным видом заметил Белмор. – Следует признать, теперь мне все стало ясно. А ведя ранее я, как и многие другие, считали, что вы с лордом Ройсом совершаете ошибку, так открыто выступив на Цареубийцу.

От Изиллы Роман узнал, что она с сестрой и Сансой прозвали сира Белмора Пустозвоном. Кажется, девушки относились к нему предвзято. Во всяком случае, Белмор соображать умел.

– Мне по сердцу подобные маневры, – захохотал Лин Корбрей. Рыцарь в минувшем бою сразил столько народу, что потерял им счет. Имя его называлось в числе величайших воинов отгремевшей битвы.

– Лорд Бракен заслуживает награды. И вы, лорд Блэквуд, не останетесь в стороне. Замок Дарри ныне без хозяина. А леди Амарея так и не родила законного сына. Род Дарри к моей огромной скорби пресекся. И вот что я решил. Один из твоих сыновей, Титос, возьмет в жены одну из дочерей Джоноса. Я отдаю им замок Дарри и они положат начало новому роду. Еще одна твоя дочь, Джонос, станет фрейлиной Изиллы, а твоего племянника Хендри я сделаю своим оруженосцем. Как и твоего сына, Титос.

– Благодарю, – Блэквуд выглядел довольным. Еще бы, именно его сыну отходил замок Дарри. И теперь в Речных землях появится новый род – Блэквуды из Дарри.

– Эдмар, наши семьи неоднократно роднились друг с другом, – пробасил Джонос. – В Бракенах течет кровь Блэквудов и наоборот. Нас не единожды пытались мирить. И каждый раз вражда вспыхивала с новой силой.

– Знаю, – Роман действительно знал, что вражда между двумя домами продолжается свыше тысячи лет. И он не был уверен, что у него получится что-то изменить. Но попробовать стоило. – Я понимаю, пока награда не выглядит соответствующе твоему вкладу, Джонос. Но даю свое слово – тебя я не оставлю. То, что ты получишь в итоге, придется тебе по сердцу. Прошу только потерпеть.

– Хорошо, терпение мне не занимать, – получив гарантии, Бракен на время успокоился. Вот так и работала феодальная система. Здесь даже самые близкие союзники и друзья твердо верили, что их усилия должны быть обязательно вознаграждены. Да, в Вестеросе имелись и такие, кто был готов рисковать жизнью за обычное спасибо, но таких насчитывалось единицы. Они выступали исключением, подтверждающим общее правило.

– Что с твоими людьми, Джон? – теперь настало время обратиться к союзникам из Долины. – Почему я не всех вижу?

– Несмотря на победу, у меня не все гладко, – Бронзовый Джон смял бороду в кулаке и нахмурил брови. – К моему сожалению, погиб сир Гаррольд Хардинг, известный как Наследник. Он сражался храбро и навеки прославил свое имя, но врагов было слишком много. После его смерти глупцы Уэйнвуды объявили, что это я все устроил и покинули войско. С ними в Долину отправились Редфорты и Хардинги.

Для Романа услышанное стало полнейшей неожиданностью. Вот как все вышло… Теперь у Арренов осталась последняя надежда продолжить род – слабосильный и дохлый Роберт Зяблик. А он может и не дожить до совершеннолетия. И он последний, кто стоит между Ройсами и властью над всей Долиной. Хотя они и подстраховались, женив его на дочери Андара, Дорри. Те Аррены, что живут в Чаячем городе уже в не счет. Их считают купцами и торгашами. Гордые лорды Долины никогда не признают их власть.

Мог ли Бронзовый Джон организовать смерть Гарри Наследника, отправив его во время боя в самое пекло? Или здесь имеет место трагическая случайность? Многие лорды славят благородство и честь Бронзового Джона, но кто поручится в таком вопросе? Роман ничего не сказал – есть тайны, которые лучше не знать. В любом случае, чем сильнее Ройсы, тем лучше для Риверрана.

Плохо то, что войско покинули Уэйнвуды, Редфорты и Хардинги. В совокупности три их дома располагали до битвы на Ромашковом поле почти двумя тысячами бойцов. И теперь они их лишились.

Роман уже начал привыкать, что в любой победе имеется горечь. И что в бочке с медом обязательно оказывается ложка дегтя. Но почему так выходит, он не знал.

Первым делом, прихрамывая и отдыхая, Роман обошел раненых и заглянул к Марку Пайперу. Тот пока не мог ходить, да и повязка на голове о многом говорила, но друг уже шутил.

– Что, Эд, дерьмово я выгляжу? – усмехнулся он. – Дерьмово, сам знаю, можешь не убеждать меня в обратном. Хотя, и ты не сильно отличаешься от покойника.

Первин Фрей метался в бреду, никого не узнавая. Роман не ожидал от него той доблести, что он показал в схватке. И тем приятней было признать свою ошибку. Мейстеры не знали, выживет или нет лорд Близнецов, но теперь его потеря выглядела бы неприятной.