Речной лорд полностью

– Ладно, – только и сказал Блэквуд. Он сердито замолчал и нахмурился. Роман видел, что услышанное не доставило тому радости. Может и ему не стоит приподнимать покров неизвестного?

– Неужто ты оробел, новый хозяин Риверрана? – вновь захихикала старуха.

Могла ли ведьма что-то о нем знать? Мысль заставила его напрячься, но Роман ее отогнал – никто не будет слушать старуху в таком вопросе, а доказать она ничего не может. Да и не будет, скорее всего. Просто она пугает его, напуская тумана и поднимая собственную значимость.

– Нет. Говори!

– Ты сказал… Во сне я видела, как форель плывет против течения. Она хорошо плывет. Ее движения полны гордости, а поднимаемые волны захлестывают берега. Древние руны покрывают ее спину и бока, и многие идут за форелью – разные животные, всех и не упомнишь. Но впереди её ожидают драконы… Пусть форель семь раз подумает, кого из них выбрать. Все драконы – истинные, но только один из них – обещанный много веков назад принц. Даже непреклонной форели никогда не сравниться с драконом, судьба ее будет поистине горька, если она ошибется в своем выборе. Ошибешься, и в замке твоем поселятся нетопыри и летучие мыши, – все время старуха говорила, закрыв глаза. Теперь она их открыла, и Роману показалось, что из ее красноватых глаз альбиноса на него на миг взглянул кто-то неведомый и пугающий. А ведьма глубоко вздохнула и пришла в себя. Голос ее зазвучал, как и раньше, тонко, с хныкающими нотками. – Вот и все, вот и все… Где мои песни? Выполняй уговор, речной лорд.

– Выполню, не переживай, – Роман поднял руку, подзывая к себе Раймунда. И когда тот подошел, внушительно приказал. – Спой Призраку Высокого Сердца две песни. Про Фрея и Дженни из Старых Камней. Спой хорошо, чтобы она возрадовалась.

– Сделаю, – с самым серьезным видом кивнул Рифмач. При прежнем Эдмаре он вел себя дерзко и часто шутил на грани приличия. Сейчас в его поведении стало куда больше уважения.

– Пусть тебя благословят Старые Боги, – поблагодарила ведьма. Она подошла к пеньку, ухватилась за край, ловко подтянула свое ветхое тельце, перевернулась и села, упираясь двумя крохотными ладошками в древесину.

– Дайте ей еду и плащ, – добавил Роман, прежде чем покинуть холм. Уже спиной он слышал первые ноты – Раймунд достал свою арфу.

– Лорд Риверрана пятый был, кого Фрей старый невзлюбил, – голос певца звучал чисто и громко.

В седле Роман сидел задумчивый и мрачный. Предсказание оставило на душе двойственный след.

Ясно было, о чем говорила ведьма. Форель – это он сам. Руны на ее спине и боках, скорее всего, обозначают Ройсов и их поддержку. А неназванные животные – гербы тех домов и людей, что идут за ним. Драконы так же не вызывали вопросов. Но вот обещанный принц выглядел не к месту. Хотя, может и к месту, учитывая какое сейчас время, но он стал неизвестным фактором, путающим все карты.

Таргариены, особенно покойный Рейгар, верили в принца. Рейгар относил предсказание к себе, а потом и к своему сыну Эйгону.

Обещанный принц… И какого черта он вылез?

Несколько человек претендовали на данную роль. Прежде всего – Станнис Баратеон. Красная жрица Меллисандра продолжала рассылать письма с требованием встать под знамена истинного короля Станниса, доказывая, что он и есть Азор Ахай. Ныне мало кто жаждет поддержать Баратеона, его дела неважны, но в нем течет кровь Таргариенов, ведь он внук Рейлы, дочери короля Эйгона.

Еще один подходящий человек – Джон Сноу, если он действительно сын Рейгара и Лианны Старк. Роман следил за его судьбой, но не особенно сильно – пока ему хватало и собственных забот. Про Джона он знал, что тот продолжает находиться в Сумеречной башне, последней, устоявшей перед натиском одичалых. Старый Денис Маллистер, родич Патрека, на короткое время возглавил Дозор. Но он недавно умер и дозорные должны выбрать себе нового лорда-командующего. Может, Джон им и станет.

Третий дракон – Дейнерис Таргариен. И у нее, в отличие от всех прочих, есть настоящие живые драконы. Целых три штуки. Что если принц из предсказания именно она?

И наконец, юноша Эйгон. Он сам, его друзья, Джон Ройс и все прочие, следом за Мартеллами, признали его полноценным Таргариеном, законным сыном принца Рейгара и его супруги Элии. Что если они все ошиблись и ошибка встанет им очень дорого?

От таких мыслей Роман невольно поежился. Проклятье, как же все стало зыбко. Лесная ведьма сказала свое слово. Лучше бы он его не слышал. Лучше бы ничего не знал. Не зря умные люди говорят, что не стоит знать будущее. Незнание лучше, чем мутное пророчество. Лучше идти вперед смело и твердо, не позволяя отвлекать себя всякими туманными штучками. Напрасно он все же заглянул в Высокое Сердце.

Несколько дней, по дороге к столице, он только и думал о том, правильно ли поступил, признав Эйгона? Он ведь даже его не видел!

А потом, когда после того, как дорога взбежала на очередной холм, и впереди показались стены Королевской Гавани, Роман собрался и выкинул все сомнения из головы. Выбор сделан, Рубикон перейден. Он дал слово, а слово Талли стоит дорого, и обратно его не вернуть.