– Это невозможно. Есть же то, что тебе нравится.
– Да, но не все же можно назвать увлечением. Мне нравится спать, но я же не могу сказать, что увлекаюсь сном, – Кирилл решил быть таким же напористым в разговоре, как и девушка.
– Ты забавный, – Лина продолжала одаривать Кирилла доброй улыбкой, – давай я начну: я увлекаюсь рисованием.
– Что ты рисуешь?
– В основном цветы. Мне нравится рисовать их на всех стадиях жизни: с нераскрывшимися бутонами, с пышными цветками и увядающими. В этом есть какое-то печальное очарование. Знаешь грустную сказку про любовь двух цветков?
Кирилл отрицательно помотал головой. Он вообще редко читал сказки. Ему нравился реализм. Лина грустно улыбнулась, настраиваясь на повествование.
– По велению ветра два красивых цветка выросли далеко от других цветов. Они были вдвоем среди огромного поля. Они вместе росли, преодолевали природные трудности. Мальчик-цветок укрывал своими листьями девочку-цветок во время песочной бури и делился влагой во время засухи. Они полюбили друг друга. Любовь превратила их в два чудесных цветка, которые радовали пробегающих мимо насекомых и устраивала пчелам радушный прием. Но недолго им было суждено жить в раю. Однажды случилось несчастье. На их землю пришел человек и неосторожно наступил на мальчика-цветка. Тот прильнул к земле, не в силах выпрямиться. Как не старалась девочка-цветок помочь любимому, она не смогла его воскресить. Ей пришлось до конца своих дней увядать рядом с когда-то полным жизни мальчиком-цветком.
– Да, невеселая история, – согласился Кирилл. На самом деле он никогда бы не поверил, что цветы могут испытывать человеческие чувства. Но из вежливости решил сделать грустный вид.
– Теперь твоя очередь рассказать о своем увлечении, – Лина снова оживилась.
– Я ничем особо не увлекаюсь. Люблю комиксы.
– Комиксы?
– Да, ну это книжка с картинками чувачков в забавных костюмах.
– Я знаю, что такое комиксы. Просто ты больше похож на парня, который любит петь.
– Петь? – засмеялся Кирилл. Что-то, а это он точно не умел, – Нет, я не люблю петь. Только если напевать.
– Напевать значит, – улыбнулась девушка.
– Ну да. Знаешь, когда привязывается какая-то песня, и напеваешь ее мотив весь день. Особенно приставучие песни из рекламы. Например, моя любимая, где собаки гавкают песенку про корм, – Кирилл исполнил мелодию, используя только «гав».
– Отлично получилось, – засмеялась Лина.
– Короче ты ошиблась, – вдруг смутился парень. Он не ожидал от себя, что будет гавкать перед незнакомой девушкой, – Я далеко не певец.
– Наверное, ты просто напомнил мне моего брата. У него похожая прическа: волосы так же падают на лицо. Он музыкант, ударник и вокалист в своей группе. Мне не очень нравятся их песни: там много пошлостей.
– Я точно не пошляк, – заверил Кирилл.
– Мне кажется, все любители комиксом немного пошляки. Ведь им нравятся девчонки в латексе.
– Ты про это, – засмеялся Кирилл, – это да, не буду отрицать. Костюмчики у них топовые.
– И кто твоя любимица?
– Харли Квин, – признался Кирилл.
– Кто она?
– Чокнутая преступница.
– Ты без ума от чокнутой преступницы. Интересно.
– Она забавная, и это же просто комиксы. Конечно, в реальной жизни, я бы не одобрил ее поступки. Хотя ее улыбка… – парень замечтался, – Я бы точно не смог ее ненавидеть.
Кириллу всегда поднимали настроение разговоры о комиксах. Ему нравилось говорить о них с девушками, потому что в этой области он мог блеснуть знаниями. Только молодой человек настроился на нужный лад, как Лина вскочила со скамейки, посмотрев на свои наручные часики.
– Прости, мне пора на урок рисования. Надо всегда приходить пораньше, иначе разберут лучшие кисти. Так глупо, что сюда не разрешают приносить свои. У меня дома целый набор, – рассказала девушка.
– Ты преподаешь здесь рисование?
– Нет, но в будущем я бы хотела стать учительницей. А пока я просто здесь учусь. Родители настояли на том, чтобы я поступила в эту школу. Вообще она очень странная. Здесь не преподают ни историю, ни математику, только рисование.
Кирилл вдруг посмотрел на Лину другими глазами. Только сейчас он понял, что болтает не просто с милой девушкой, умеющей рисовать и рассказывать сказки, а с пациенткой психиатрической клиники.
– Может, здесь учатся самые одаренные начинающие художники, – решил подыграть девушке Кирилл. Он еле удерживал на лице дружелюбную улыбку. Внутри у него что-то оборвалось.
– Да? Ты об этом где-то читал?
– Нет, но я так думаю, – Кирилл вздохнул, – Просто в этом месте находятся очень эмоциональные люди, а это признак творческого гения.
– Я нарисую что-нибудь для тебя, – пообещала Лина и отправилась в здание, куда Кириллу вход был запрещен.
Мацуо Басё
