В сопровождении Хомянина съездили мы в Москву и там действительно были самые натуральные смотрины и ничего больше. Зря я опасалась, что Веру загонят в какое-нибудь закрытое заведение, где начнут изучать, просвечивать, щупать и мерить, и я её больше никогда не увижу. Нет, к ней никто и пальцем не прикоснулся. Хомянин дважды свозил нас на доклады или совещания, где мы не присутствовали, но куда нас вызывали. Хомянин нас представлял, с нами знакомились, пожимая руки, смотрели на нас, переводя взгляд с одной на другую и явно сравнивая между собой, и, ничего выдающегося не разглядев, с миром отпускали. Что они хотели разглядеть в Вере, я не знаю. Хром, никель и пластик, наверное.
Один раз мы были в тире, где стреляли из пистолета и автомата. Вера ещё стреляла из незнакомого мне оружия, как я поняла, из того, которое было при ней, когда она попала из Тампа в Строитель. На мою стрельбу внимания, разумеется, никто не обращал – мне пострелять дали из вежливости, чтобы я совсем уж как дура без дела не стояла. Но всё равно не зря Вера весь прошлый год возила меня в тир и учила стрелять.
В остальные дни мы гуляли и катались с Хомяниным в качестве гида по Москве. Я, как и Вера, до этого в Москве не бывала, так что нам было интересно.
После поездки в Москву Вера переселилась в Кольцово. Конечно, это рядом, всего-то 15 километров от нашей квартиры, но всё равно каждый день не наездишься, особенно если, как Вера, работать по 12-16 часов в сутки. Сначала она приезжала ночевать на Коптюга, но потом, когда по легенде уехала в "Южную Корею", то приезжать, разумеется, перестала.
В Кольцово она жила в коттедже на два хозяина, стоящем в сосновом лесу и огороженном не очень высоким решетчатым забором. Кто жил по соседству, я не знаю. Может, охрана, может... Не знаю.
Я там была несколько раз у Веры в гостях, а вот туда, где она работала, меня никто не приглашал. Я её спрашивала пару раз, что она там делает и что делают с ней, но она сказала:
– Тань, по условиям контракта мне нельзя об этом говорить. Не заставляй меня, ладно? Если будет что-то такое, что тебе надо знать, я обязательно скажу, обещаю. Никакие контракты и подписки меня не удержат.
– Ну, над чем хоть ты работаешь? Ты же не учёный, ты солдат, что ты там делаешь на этих синхрофазотронах?
– Даже и не знаю, как сказать, – улыбнулась Вера. – Я занимаюсь чудесами. Сейчас даже не пытаюсь шутить. Именно ими я и занимаюсь. На АШе, кстати, можешь почитать. Так и называется постик "Чудо".
– А тебя-то они изучают? Неужели оставили в покое? Сроду не поверю.
– Ещё как изучают. Если бы не Зива, я бы из лаборатории по моему изучению не вылезла, круглосуточно обвешанная и облепленная датчиками и присосками во всех доступных местах. Бегала бы по дорожкам, крутила педали, прыгала бы на батуте, смотрела в разные окуляры, ложилась под всевозможные приборы и сдавала множество жидкостей, мазков и соскобов.
– Бедненькая моя, – я погладила её по плечу. – А здесь тебе удобно?
Я прохаживалась по коттеджу, заглядывая во все щели.
– Вполне. Я сама выбирала жильё из нескольких предложенных вариантов и выбрала этот коттедж, потому что сюда тебе будет приятней приезжать, чем в многоэтажку или спецказарму. Здесь даже, вон, камин есть. Помнишь, как ты после поездки к Диме жалела, что в нашей квартире нет камина? В твоей новой квартире тоже камина нет.
– Там прежде всего тебя нет, а без камина я как-нибудь обойдусь. Я так скучаю.
– Чаю попьём? Я специально для тебя твоё любимое печенье "К кофе" купила и солёное масло.
– А я каждый раз по привычке лайм покупаю. Стала класть в кофе, чтобы не пропадал. Тоже вкусно, между прочим. Как у тебя с Зивой? Вы часто общаетесь?
– Я в основном только с ней и общаюсь. Она хорошо ко мне относится. Только я ещё не всегда понимаю, когда она шутит.
– Ой, Вера! Мне кажется, что шутит она редко, а скорее, не шутит вообще.
– Почему?
– Не знаю. Натура у неё, наверно, такая.
– Она всех военных, кроме меня, питекантропами называет. Это разве не шутка?
– В устах Зивы, думаю, нет, – рассмеялась я.
– А почему ты тогда смеёшься? – улыбнулась Вера.
– Не знаю. Смешно.
– АфтерШок читаешь? – спросила Вера, наливая кофе.
– Конечно. Я твой самый преданный читатель.
– Апельсиновые спагетти читала?
– Читала. И комменты все читала. Ты стала такая толерантненькая. Раньше бы напихала им в панамку по самое нихачу.
– Так времени нет, Тань. Совсем. А всё одновременно делать не успеваю.
– А со спагетти хорошо, да. Наглядно. Я до них представить настоящее, прошлое и будущее одновременно так ни разу и не смогла, а теперь вроде сдвинулось в голове с мёртвой точки. Вот такая экология сознания.
– Вода камень точит. А вот Зиве ничего такого объяснять не надо. Она такими образами оперирует, что у меня тоже ум за разум заходит. А ведь она генерирует для меня упрощённые модели. А реальные, скорее всего, вообще нами не представимы. В принципе. Какая-нибудь чистейшая и заумнейшая математика. Я не знаю, чем о таком думать. Точно, не человеческим мозгом.