Редактор: Анастасия Иванова Любовь может умертвить время, быт или предательство, но может ли ее умертвить трагедия в семье, страшная и невосполнимая потеря? Или же любовь сильнее смерти?
ПРОЛОГ
- Тс-с-с, - он улыбнулся в мою шею, шумно выдохнув.
Губы Тэда поймали мои, ладони погладили бедра, быстро взлетели на грудь, сжали возбудившиеся соски сквозь ткань футболки и лифчика. Я выпустила новый громкий стон, немедленно заглушенный скользнувшим мне в рот требовательным, подчиняющим языком мужа.
Поздний вечер. Приглушенное при помощи рубашки свечение торшера в углу. Бормотание телевизора и игра сменяющихся изображений на его экране. Мари уснула на диване за просмотром мультика. Она лежала на боку, ротик приоткрылся, маленькое личико расслабилось в безмятежном покое ангела, одна ладошка спряталась под щечкой, другая прижимала к груди пушистое вытянутое тельце белого длинноухого зайца.
…Она называла его Мистер Ушастик. И час назад объявила, что он никогда не видел мультфильмов про фей. Я сказала: «Уже поздно, детка, тебе пора баиньки». На что малышка надула губки, упрямо покачала головой, тряхнув рыжими кудряшками, бирюзовые глаза, как две ярчайшие звезды, взглянули с упреком: «Ну почему ты всегда отправляешь меня в постель тогда, когда я еще не хочу. Это нечестно».
Ей пора было спать. Но я уступила, сдалась, улыбнувшись такому аргументу. И вовсе не удивилась, что дочка уснула спустя двадцать минут после того, как удобно устроилась на диванной подушке.
Я целовала кадык Тэда, терлась носом о шершавый подбородок. Его кожа пьяняще пахла ментолом, мятой и можжевельником. Пальцы нырнули в его влажные волосы.
Я обожала заниматься с ним любовью, когда он возвращался после душа, а его тело хранило аромат геля, прохладную влагу и разомлевающую атаку струй воды.
Длинные умелые пальцы мужа, пройдясь волнами движений по животу под футболкой, уже хозяйничали за резинкой моих трусиков, сжимая ягодицы. В этой позе наездницы он позволял нам до бесконечности заводить друг друга.
Но кресло не лучшее место для прелюдии. Тем более что нас ждал поздний ужин. Тем более что на расстоянии менее трех футов спит наше солнышко. Возможно, поэтому он был так страстен, так разгорячен. Как и я.
Прелесть строгого запрета. Сахарный плод слова «нельзя».
- М-м-м…
Футболка оказалась на полу, губы Тэда влажными жаркими поцелуями покрывали верх моей груди, теснота лифчика исчезла, когда застежка перестала держать кусочки ткани на теле.
- Привет, мое совершенство, - прошептал он, когда, бросив лифчик к футболке, обнажил меня, спрятал налившиеся груди в больших нежно обхватывающих ладонях.
Я усмехнулась, путая пальцы в густых прядях его волос, но желание смеяться сменилось очередным глухим стоном, когда нетерпеливый рот мужа взял в плен мой правый сосок. Он откинул меня назад, поддерживая спину сильными руками, не прекращая терзать кусочек сверхчувствительной плоти ласками языка. Сдвинул нас чуть вперед, давая возможность притянуть свои бедра к его, прилепиться к горячему телу, ощутить всю силу его возбуждения своей пульсирующей промежностью, сосредоточием такого же дикого желания.
Мари зашевелилась во сне, перевернулась на спину. Дымка, спрятавшая нас в пузыре вожделения, рассеялась. Я отстранила от себя лицо мужа, тяжело дыша, повернув голову к своей спящей дочери.
О чем только мы с ним думаем! Что, если она сейчас откроет глаза и увидит нас… такими откровенно забывшимися друг в друге?
- В спальню? – шепотом спросил Тэд, чувственно целуя мое плечо, усаживая прямо на своих коленях.
Я заглянула в глаза, кажущиеся черными от беснующегося в них желания, и кивнула. Едва удержав равновесие, я встала на ноги, обнаженная кожа покрылась мурашками от контраста: из пламени страсти – в кондиционированную прохладу комнаты.
В спальне Тэд зажег лампу со своей стороны кровати и поспешно принялся снимать брюки. Уже полностью раздетая, устроившаяся на деликатно-гладком хлопке простыни, затерявшаяся в истоме предвкушения, я наблюдала за его движениями.
Маслянисто-теплый цвет очерчивал каждый крепкий мускул, лелеял безупречную кожу, глянцем блестел в бронзовой взлохмаченной шевелюре.
…Этому красивому мужчине удалось покорить меня единственным взглядом в то время, когда я была еще невинной самоуверенной девчонкой. А теперь я созданная и разбуженная им, жаждущая его страсти женщина…
Тени резко зашевелились на стенах, когда муж, распахнув рубашку, порывисто стянул ее с плеч, но она цепко держалась за его запястья из-за нерасстегнутых пуговиц манжет. Он замахал руками, поначалу не понимая, в чем дело. Я захихикала, прикрыв рот ладонью.
Он так торопился. Зачем? Мари будет крепко спать еще, как минимум, час. Потом может и проснуться…
- Что смешного? – Тэд, вскинув брови, осуждающе смотрел на меня.
Примерно так же смотрела наша дочь, заявляя, что я всегда отправляю ее спать, когда она не хочет.
…Они так похожи. Словно отражение, преломленное лишь возрастом и полом. И как же сильно я любила это…
-
