Автобус ехал по какому-то частному сектору. Везде деревянные дома. И тут нам попадается старый деревянный дом, на заборе которого висит табличка о том, что это дом какого-то старинного художника.
Мы вышли из автобуса. Нас встретила приятного вида женщина. С короткой стрижкой, в блузке, на невысоких каблуках.
"Ее одежда оставляла желать лучшего...." – подумал я.
–Здравствуйте, дети! – как-то наигранно сказала она.
Все хмыкнули.
"Ей явно больше сорока пяти. Наигранность, неприлично широкая улыбка. Еще и какой-то советский максимализм… Боже, как только нам подбирали экскурсовода!" – гневно подумал я. Меня это действительно раздражало.
"Просто зачем? Кому нужна эта экскурсия?" – подумал я. – "Нам? Точно не нужна. В целях развития? Да какого развития? У большинства в голове мозгов не осталось! Чем они будут впитывать информацию? Господи, как же это все наиграно. Все пацаны ржут. Тренера ходят с телефонами и делают вид, будто им интересно."
Но в конце группы я увидел Жука. Он прошел мимо меня, у него в руках был телефон. На секунду я успел заглянуть в экран телефона и увидел, что Жук что-то читает.
"Вот этот человек может и хочет развиваться! Как же это все таки круто!" – подумал я. – "Наплевать на все и делать то, что тебе интересно. Жук не хочет слушать нудный голос экскурсовода. Он берет книгу и читает о том, что ему интересно. Потрясающе! Я бы пожал руку Жуку, да боюсь его отвлекать. В отеле скажу."
–Посмотрите направо. Это самая большая картина художника. Он писал ее около пятнадцати лет. – говорила женщина.
"Пятнадцать лет! Серьезно? Вот на это? Интересно, а сколько она стоит? Этот художник успел продать ее до того как умер? Или она пылилась у него на чердаке?"
Не поймите неправильно, но мне кажется, что искусство должно приносить доход. Как, например, с фильмами. Успех картины это не только признание и номинации на кинофестивалях, но и кассовые сборы. Очень трудно найти баланс между первым и вторым. Люди хавают разное говно, типо супергеройского кино или какие-то фильмы, выезжающие за счет того, что их крутят на праздниках. На День Победы или на Новый Год. А здесь что? Искусство должно быть комерчески успешным. А если это искусство уже никому не интересно, как, например, живопись или классическая музыка, то надо забывать такое искусство. Серьезно, кто кроме пожилых людей сможет слушать классическую музыку? Да она уже давным давно никому не интересна. Почему мы продолжаем пинать это полумертвое тело? Не нужно бояться показаться глупым или необразованным. Если вам это не интересно, то и не смотрите, не слушайте это. А если вы продолжаете ходить смотреть и слушать то, что вам говорит экскурсовод, как напрмер, Эся, Володя, то флаг вам в руки. Как же нужно не уважать себя и свое свободное время, чтобы ходить и слушать экскурсовода. И думать, будто Эси и Володе это интересно, это глупо. Как только они сядут в автобус они все это забудут.
Экскурсия шла, а народ все кричал и шумел. Экскурсовод не справлялся, поэтому нас часто успокаивали тренера. Мы понимаем только язык силы, как низшая каста. Если вы хоть чуть-чуть знаете о терминологии каст и Индии, то есть сословий населения, вы знаете то есть низшая каста – шудры, а есть категория людей вне этой классификации – это неприкасаемые. Мы калеблимся где-то между ними. Все, кроме Жука. Он меня поражает. Этот "талант". Наплевать на всех и делать то, что хочешь, это вызывает восхищение.
Когда экскурсия закончилась мы вышли на задний двор галереи, чтобы сфотографироваться. Вот то, что любят пацаны – фотографироваться. Высшая степень самоуверенности – это когда ты не фотогеничен и даже не можешь красиво улыбнуться, но встаешь по центру так, чтобы тебя всего было видно и тем самым портишь картину.
Дорога назад в этот раз была чуть спокойнее. Видимо, повлияла жара и общая усталось. Я хотел было сходить куда-то с Индейцем или Жуком, но они успели заснуть. Отлично.
Сборы подходили к своему концу. Нас ожидала еще одна пробная игра с еще одной провинциальной командой. В этот раз мы играли против Новокузнецка.
Как только мы приехали на стадион сразу поняли: "Эта команда будет потруднее". Они выглядели более серьезными и собранными, чем предыдущие соперники. Их тренер не сидел в телефоне, а занимался командой. Кричал, давал советы, снова кричал, хвалил, снова кричал.
Мы переодевались молча. Светило яркое солнце. Наверх нельзя было поднять голову – сразу будешь ослеплен солнцем. Как только я надел форму, я почувствовал жар, как будто надел толстую кофту, которую нагрели на батарее. Разминка была тяжелой. Баговые упражнения, упражнение на внимательность, на реакцию, на командное перестроение. Хоть все наши действия выглядели коряво, но мы все же выполняли все упражнения вместе, стараясь показать себя тренеру и заодно запугать соперников.
