Договорив он похлопал меня по плечу, и сделав два широких шага уселся на водительское сиденье .Затем люк открылся, и довольно крепкие руки вцепились в холодную сталь пулемёта. Сквозь мутные стёкла было видно, как Джан хватает свою эмку, подгоняя Виталика. Лис повернул ключ и машина включив фары подала назад, остоединяясь наконец от столба. Назар проводив их взглядом усмехнулся, раскрыл заплечный мешок и выудив болт зарядил арбалет. С богом!
Давно проржавевшие петли на дверях магазинов проникающее скрипели, делая окружающую атмосферу ещё ужаснее. Я пытался всмотреться вдаль, преодолев эту густую преграду из туманного киселя, но раз за разом лишь снова утыкался в очередную стену.
- Как тебе обстановочка? - Назар резко перевёл прицел арбалета с одного здания, на другое, - Бодрит!
Шипящий асфальт говорил об обратном. Температура воздуха была не больше тридцати градусов, однако он продолжал плавится, смешивая горячую смолу с придорожной грязью.
Я услышал заработавшие сзади дворники. Мелкие щётки скользили по стеклу, сбивая скопившиеся капли воды. Поддаваясь этим движениям, мой меч стал выскальзывать из рук. Я стянул промокшую насквозь перчатку и взял холодную рукоять уже достаточно вспотевшей ладонью. Дышать становилось всё тяжелее, воздух словно куда - то пропал, сменившись большим скоплением воды, так что приходилось с большим усилием цедить её через зубы, словно находясь в большой и душной бане.
- Наз! - Я резко развернулся стараясь схватить его за плечо, но лишь порвал пальцами воздух.
Смахнув обильный пот застилающий глаза, я вытащил респиратор и нацепил его на лицо. Дышать стало ещё тяжелее, зато безопаснее. Здесь всё было не в тумане, улицы заполнял пар, какой мы обычно встречаем в кипящем чайнике или же хорошо раскочегаренном котле. Тут же до войны все было заполнено минеральными источниками и небольшими речушками. Возможно что - то нарушило их обычную целостность заставляя нагреваться до такой температуры, которая нужна для кипения. Возможно что и под дорогой проходит какой - то подземный источник из - за чего она и плавиться. То как поток кипящей воды вырвется наружу я наблюдать не хотел.
- Назар!!! - Я ещё раз пошарил в скоплении густого пара, однако никто не отозвался.
И тут утих гул двигателя. Он просто пропал, как исчез и шум покрышек, раздавливающих мягкий песок, и слабо пробивающийся сквозь туман свет ярких фар.
- Не время останавливаться мужики! - Бросил я через спину, но ничего не произошло.
Отчаянно обернувшись я встретился глазами с пустотой. Такой дикой, необузданной и глубокой, что казалось будто я смотрю на дно Марианской впадины. Тело пробрала дрожь, забирающаяся в самые дальние уголки души. Машины, а вместе с ней и моих бойцов словно никогда не существовало, пропали рисунки от шин, исчезли исчезли уже активно натоптанные нами следы, а со столба, немного погнутого во время нашей аварии исчезли все вмятины.
Я выбежал на дорогу, ставшую твёрдой как гранит и сильно пострадавшую от последствий бомбёжек. А где же кипящий асфальт?! Где буквально булькающая смола, которая должна была уже ко всем чертям растворить мои ботинки и сильно обжечь ноги. Я словно был в другом городе, прежним оставался только пар, густо насевший на лицо.
Выудив из заплечного рюкзака фонарик я врубил автоматическое мигание и двинулся вдоль дороги. Дышать становилось всё сложнее, вода оседавшая на фильтре забивала все дыхательные отверстия закупоривая последние жилки к поступлению кислорода. Мне пришлось ускорить шаг, меч теперь только мешал, он громко лязгал об землю и каждую секунду становился всё тяжелее.
Дома проскакивали один за одним начиная мелькать в глазах. Они были такими одинаковыми, и в то же время такие разные, что любой проезжий непременно бы ими заинтересовался, выбирая себе надувного крокодила или же хороший коньяк в дорогу. Правда мне сейчас было совершенно не до них. Я с трудом обошёл большую воронку расположившуюся прямо в центре улицы, и разваленные по её краям ларьки, крыша одно лежала прямо на дне, а осколки черепиц второго крупным градом усыпали проезжую часть.
Пульс участился. Теперь мне казалось что я слышу как кровь бежит по венам наматывая километр за километром по капиллярам и артериям. До войны мы развлекались прикладывая ракушку к уху и говоря что так слышно шум прибоя. Сейчас что бы услышать морской грохот волн, кого - то можно было приложить ухом ко мне.
Солнце близилось к зениту, расколяя окружающую атмосферу до предела. Духота донимала мое тело, а горячий пар тяжелым грузом ложился на плечи. С ним творилось что - то непонятное. Его цвет менялся от движения светила по небосводу. Сначала он был снежно белый, из - за чего мы приняли его за туман, я теперь, когда я еже прошёл половину улицы, он уступил место ярко - зелёным очертаниям, окончательно маскируя меня, смешивая мой камуфляж с окружающей атмосферой.
