Затем ящик был поднят в воздух, и люди Маврогениса приступили к его погрузке в трюм «Медузы».
Маврогенис огляделся: — А, Артемона здесь нет. Где он?
Я посмотрел в сторону здания таможни. Мгновение спустя появился Артемон. Он был не один. В одной руке он держал свой окровавленный меч, а другой держал Бетесду за запястье, увлекая ее за собой. На ней было зеленое платье, которое я подарил ей на свой день рождения, и ее руки были раскинуты в противоположных направлениях, потому что Исмена вцепилась в другое запястье Бетесды, пытаясь удержать ее. Артемон был сильнее обеих женщин вместе взятых. Он уверенно тянул Бетесду за собой, к кораблю.
Как будто это зрелище было недостаточно поразительным, рядом с троицей, не обращая внимания на их подобие перетягивание каната, трусил лев Чилба с поднятой головой и волочащимся за ним поводком.
Исмена внезапно ослабила хватку Бетесды. Она повернулась и исчезла в здании таможни. Сопротивление Бетесды не шло ни в какое сравнение с силой и решимостью Артемона. Он бросился бежать, таща ее за собой.
Как только они прибыли на корабль, саркофаг опустили в трюм. Парус «Медузы» затрепетал на ветру. Маврогенис бегал взад и вперед по палубе, выкрикивая приказы гребцам и матросам.
Некоторые мужчины, желая побыстрее отчалить, начали помогать убирать трап, но Артемон крикнул им, чтобы они оставили его на месте, и бросился к нему таща беспомощную Бетесду за собой, словно куклу. Я попытался помешать ему сбоку, но его инерция была слишком велика. Он оттолкнул меня в сторону, так что я чуть не свалился в щель между кораблем и причалом.
К тому времени, как я пришел в себя, Артемон и Бетесда были уже на борту «Медузы».
Мужчины почти наверняка подняли бы трап прямо сейчас, оставив меня на причале, если бы не Чилба, который прыжками бежал за Артемоном, но внезапно не захотел подниматься на борт корабля и отступил. Люди, стоявшие вдоль перил, окликнули льва и оставили трап на месте.
— Быстрее поднимите трап! — крикнул Артемон. — Не обращайте внимания на льва! Поднемите его сейчас же! — В его голосе прозвучали непривычные нотки страха.
На мгновение мне показалось, что он испугался меня и хотел, чтобы трап был немедленно поднят, чтобы я не мог подняться на корабль. Затем я услышал шум со стороны здания таможни и, обернувшись, увидел, что из здания вышли солдаты и бегут к кораблю, их шлемы и оружие сверкали кроваво-красным цветом в косых лучах солнца.
Откуда они взялись так быстро? Казалось невозможным, что так много людей вышло из царского дворца и пробежали весь путь через береговую линию и вверх по пристани незамеченными дозорным, размещенным на мачте «Медузы». Пришли ли солдаты изнутри таможни? Были ли они там все это время? Если это так, то почему мы их не заметили и почему они не вступили с нами в схватку с самого начала?
Чильба по-прежнему отказывался подниматься на борт. Люди, поднимавшие трап, в конце концов отказались от льва и подчинились Артемону. Но трап оказался тяжелее, чем они предполагали, и для выполнения задачи потребовалось больше людей, которые прибежали на помощь. Трап начал подниматься с причала. В то же время «Медуза» слегка накренилась и начала медленно удаляться от причала.
В последний возможный момент я успел запрыгнуть на трап, но мой вес сорвал его из рук поднимавших его людей, и трап опустился обратно на причал, позволив мне взобраться на борт.
Я сломя голову бросился к Артемону, застав его врасплох. Он был крупнее меня, но все же мне удалось сбить его с ног, и мы вдвоем покатились по палубе. Должно быть, он был очень утомлен, почти измотан, потому что иначе я никогда не смог бы одолеть его. Как бы то ни было, мы дрались как равные мужчины, обмениваясь ударом за ударом и схватившись в ближнем бою.
Некоторые члены команды вокруг нас начали улюлюкать и подбадривать. Любая схватка, независимо от обстоятельств, приводила их в восторг.
Но не всем было весело. Я услышал, как Уджеб крикнул: — Остановите их!
— Почему? — спросил один из бандитов. — Это право римлянина бросить вызов вожаку.
— Кто-нибудь хочет сделать ставку на исход? — спросил другой, смеясь.
— Где Метродора? - крикнул другой. — Почему она оставила нас?
Я почувствовал, как корабль накренился под нами. Краем глаза я увидел зеленое пятно - Бетесду, которая наблюдала за боем широко открытыми глазами. Ее вид отвлек меня, и Артемон смог нанести мне удар по голове.
— Беги! — крикнул я ей. — Убирайся с корабля!
— Нет! Остановите девушку! - заорал Артемон.
Но, прежде чем Бетесда смогла пошевелиться, капитан Маврогенис обхватил ее сзади. Вид их борьбы наполнил меня яростью. Я вслепую ударил Артемона, и мы оба покатились в противоположном направлении. Каким-то образом мы оказались на самом трапе, а затем скатились вниз, с корабля на причал.
Даже когда моя выносливость начала падать, Артемон, казалось, обрел новые силы. Он перевернул меня на спину, зажал мои руки под своими коленями, вытащил кинжал и занес его надо мной. Лезвие, уже измазанное кровью, блеснуло в заходящем солнечном свете.
