Влияние событий 1981 года на переговоры с СССР через несколько лет сомнительно, но их воздействие наряду с другими факторами на взаимоотношения труда и капитала, труда и государства в США безусловно. Поведение Рейгана в конфликте авиадиспетчеров с государством, быстрое преодоление связанного с конфликтом начинавшегося экономического и социального коллапса значительно повысили авторитет президента, которого поддержали самые широкие слои населения и даже другие профсоюзы АФТ-КПП, не проявившие в данном случае цеховой солидарности.
На протяжении первого президентского срока Рейган все более превращался в своего рода символическую фигуру. Он многократно выступал на публике, произносил речи перед Конгрессом, общался с журналистами, чуть ли не играл роль, подобную тем, в каких представал перед зрителями в боевиках своей кинематографической молодости. По не лишенному оснований определению Р. Ривза, он становился не двигателем своего штаба, а высшим должностным лицом, в основном от штаба зависимым[387]. Это было действительно так, но ведь сам штат администрации подбирали по указаниям президента, и именно он утверждал его состав и вносимые изменения. Так что скорее в силе была взаимозависимость.
В том обширном бюрократическом аппарате, который состоял из работников Белого дома, министров и руководителей других ведомств вместе с их многочисленным служебным составом и продолжал расширяться, несмотря на обещания Рейгана его неуклонно сокращать, прежде всего выделялась руководящая тройка: Джеймс Бейкер, Майкл Дивер и Эдвин Миз. С ними проводились совещания почти каждое утро и нередко еще раз во второй половине дня. Лишь в случае необходимости к ним присоединялись руководители ведомств, в основном министерства финансов и бюджетного управления. Хотя четко сформулированных обязанностей у каждого из этих помощников не было, постепенно между ними сложилось определенное разделение труда.
Бейкер (он официально до 1985 года продолжал занимать должность руководителя аппарата Белого дома) в основном ведал назначениями на наиболее ответственные государственные должности и взаимоотношениями президента по горизонтали и вертикали — с Конгрессом, прессой, партиями, администрацией штатов и наиболее крупных городов. В обязанности Дивера входили главным образом повестка дня и облик самого президента. Он разрабатывал почасовое расписание Рейгана, следил за его выполнением, вносил в него необходимые оперативные изменения, а также заботился о «правильном» общественном восприятии президента, его поведения, его семьи, в частности первой леди. Нэнси, в свою очередь, считалась с мнением Дивера, рассматривая его как друга семьи. Наконец, Миз занимался связями Белого дома с отдельными министерствами и ведомствами, кабинетом министров в целом, намечал вопросы, которые следовало обсудить с министрами и другими высшими чиновниками.
Рейган, как правило, чутко прислушивался к мнению своих советников, в то же время считая, что встречи с ними необходимы только для того, чтобы «на людях» проверить то или иное свое решение. Как свидетельствует анализ и рукописи, и сокращенной публикации президентского дневника, проведенный Дж. Вейсбергом (рукопись дневника составляет пять объемистых томов; она хранится в Архиве Библиотеки Рейгана), Рейган исправно заносил в него все сведения, связанные с его личными делами и здоровьем. Вейсберг насчитал 80 записей о стрижке, 21 — о посещении дантиста. В дневнике была масса записей о просмотренных фильмах и впечатлении от них, о качестве пищи, подаваемой в Белом доме, о верховых прогулках с рассказом о любимых лошадях[388].
Значительно меньше в дневнике записей о тех делах, которые находились в центре внимания президента. Впрочем, подчас он признавал, что то или иное решение принималось под давлением «тройки» или кого-то из ее членов. Но и в этих случаях Рейган был убежден, что хотя и пошел навстречу мнению советников, он скорее всего и сам бы принял аналогичное решение. Так он высказался, например, когда именно по требованию «тройки» был освобожден со своего поста государственный секретарь Хейг, который не только допустил промах после ранения президента (об этом шла речь выше), но и вообще проявлял стремление к слишком самостоятельным решениям[389].
После переизбрания Рейгана в 1984 году в группе высших советников были проведены некоторые изменения. Руководителем аппарата Белого дома стал Дональд Риган, опытный экономист с гарвардским образованием, который перед этим служил в финансовом ведомстве.
