— Не тот класс! Привыкли они, немцы, что с сорок пятого в них из ничего, серьёзнее рогатки не стреляют…
— Что, вообще ни на что не годятся? — приуныл я.
Надо, же: столько движняков и все впустую!
— Бронежилеты, то полицейские! Хотя, пулю от «Макарова» должны держать, а вот современный пистолет, или даже тот же «ТТ», пробьёт их насквозь… Единственное преимущество: можно скрытно носить под одеждой… Не в такую жару, как сейчас, конечно.
— А, «Наган»? «Наган» пробьёт?
— Не знаю…, — с непонятным интересом посмотрел на меня Спец, — ни разу ещё, не приходилось сталкиваться с такой древней системой. Знаете, что… Решим так: один бронежилет наденете — в случае обострения ситуации, на себя, а второй положите в свободный кейс. Я ещё в него пару титановых пластин по размеру добавлю. Носите его постоянно с собой, не ленитесь и, прикрывайтесь им — как щитом, в случае обстрела. Вот так, пожалуй — лучше всего будет…
Два дня отдохнув, решив — заодно, некоторые мелкие местные дела и делишки, я начал собираться в прошлое. Пора, наконец, за кладом смотаться — давно пора!
Сейчас, в настоящем — десятое сентября, вечер. В прошлом, тоже — вечер должен быть, если мне не изменяет память… Только — девятого июня. Как, хорошо то: посплю, озадачу народ работой в моё отсутствие и, следующей ночью — по холодку, в дорогу…
Я перешёл в прошлое — опять гружённый, как вьючный ишак: кроме нелёгкого груза золота и часов, (которые я решил пока оставить в прошлом, примелькался я с ними в настоящем — так и, зашухериться недолго) я нёс некоторую одежду для Лузеров. Настроение, что-то, у меня портится, когда на их лохмотья смотрю: бомжи бомжами!
Хотя, надо отдать должное, Дуня Лузериха постоянно эти лохмотья штопает, стирает подаренным мною хозяйственным мылом… На их фоне Ваня неприлично цветасто выглядит — да ещё, некоторые подаренные ему Кузьминичной вещи, вовсю его сёстры носят.
Самому Лузеру я подарил купленную в «сэконд хенде» простенькую рабочую робу «хэбэ», тёмно зелёного цвета — ношенную, но очень прочную, со множеством карманов, такую же кепку к ней и, почти новые ботинки — оттуда же и, кирзовые сапоги.
Его Дуне я подарил тоже, что-то вроде того… Но, она ничего кроме обуви носить не стала — типа, не бабская это одёжа! Тёмные времена, однако! Ох, тёмные…
Тогда, всему их семейству подогнал два рулона китайской хлопчатобумажной материи: один рулон белой, тонкой, для нижнего белья и рулон толстой ткани — почти джинсовой, светло-зелёного цвета. Ещё, рулон какой-то полушерстяной ткани, тёмно-синего цвета — под вид драпа… Кроме того, набор иголок и десять больших катушек разноцветных ниток. Пусть бабы шьют сами себе, что хотят и, носят — на здоровье… Нет, ну, я точно заболел альтруизмом в особо тяжёлой форме!
Однако, Дуняша оказалась швеёй ещё той! Не скажу про нижнее бельё — не видел, но верхнюю одежду она пошила… Руки бы оторвать!
Всем обнова понравилось и, семейка Лузеров уже и, не знает — как на меня Богу молиться! Как, мимо Храма в воскресенье идёшь — постоянно стук их лбов об пол слышишь!
…Чем, я там заболел — точно не знаю, но зато точно знаю, что, вся семейка Лузеров — под какой угодно присягой, даст свидетельство, что я и, есть — Стерлихов Дмитрий Павлович!
Переночевав, я «построил» персонал, включая Громосеку. Сообщил, что уезжаю на день или два… Может — даже на три, по делам. Дал задание: пока меня не будет, начать приводить в божеский вид дом Лузеров. Для его ремонта разрешил использовать «запчасти» с других домов, что похуже. Показал, с каких именно. Здесь есть вполне ещё приличные избы — вдруг пригодятся… Перевезли на мотоблоке бензиновый генератор в дом Лузера и электроинструмент.
Громосека попросил ещё циркулярку. Вот же, как говорится, губа не дура! Ладно, чёрт с вами… Сходил в своё время, разобрал в котельной-мастерской циркулярную пилу, по частям перенёс в погреб и, на тележке, перевёз в прошлое. Потом, по частям поднял наверх — в конюшню, погрузил на мотоблок и отвёз в дом Лузера.
Поговорил серьёзно с Лузером:
— Степан, я могу тебе доверять, как самому себе?
— Обижаешь, ба… Дмитрий Павлович! — от полноты чувств, даже задыхаться начал, — скажи только, жизнь за тебя отдам!
— Жизнь отдавать не надо… Тут, всё гораздо проще. Этот человек…, — я незаметно показал на Громосеку, настраивающего при «помощи» Вани циркулярную пилу, — мне очень нужен для моих планов. Но, вот беда — пьёт много, не дай Бог, лишнего перепьёт! И так, то сумасшедший — так, тогда вообще…
— Это точно, ба… Дмитрий Павлович, — перешёл на шёпот Степан, — говорит, его чеченцы похитить в рабство хотят, а их ещё при Александре Николаевиче — отце нынешнего государя Императора, усмирили… Точно, на всю голову больной!
Оставалось только крякнуть, от такой импровизации… Последнее словосочетание, кстати, он от меня перенял! Вообще, я заметил — вся семейка очень охотно и быстро усваивает от меня или Громосеки все словечки или выражения начала двадцать первого века, которые иногда против воли с языка срываются.
