В гараже я как раз складировал хабар, что недавно перебросил через портал и готовил, при первом же удобном случае, к отправке к Племяшу в Нижний. Ничего! Племяш может день-другой и, подождать… Тут новый рынок сбыта наклёвывается — в Костромской губернии!
Складные ножики, замки, зажигалки и, даже часы — если и, произвели на Ферапонта впечатление, то не очень сильное… Даже, можно сказать, очень слабое впечатление… Почему-то он вцепился — хрен оттащишь, в рулон полиэтиленовой плёнки! Вообще-то, я не для продажи его приготовил — а для использования вместо стёкла в крестьянских домах…
— Ух, ты! — приговаривал он, мня в своих корявых пальцах край плёнки, — и, в правду — стекло, а мнётся! Не соврали, значит, мужики! А я то, дурень, не верил…
— Да, не стекло это…, — всё-таки нехорошо совсем уж внаглую обманывать…
— Ну, как же не стекло — когда через него всё видно? — Ферапонт поднял к уровню глаз плёнку и посмотрел сквозь неё.
— Сквозь воду тоже видно… Так, вода ж — не стекло!
— Так то ж, вода… Сколько, за всю её хочешь?
— За весь рулон?
— Да. А, сколько аршин в рулоне?
— Аршин? Аршин то, в этом рулоне до хрена…, — так я до конца и, не въехал в их меры длин да весов.
— Сам вижу, что до хрена… Так сколько просишь?
Счас, как залуплю цену — глядишь и, отстанет:
— За этот рулон пятьсот рублей…, — посмотрел на Ферапонта… Да, он же хрен отстанет! — а, следующие рулоны встанут тебе в семьсот пятьдесят!
Довольно таки дёшево для стекла! Настоящее оконное стекло здесь, в этом веке стоило от полутора рублей за кусок, размером фут на полтора фута, до тридцати рублей, если стекло импортное…
— А, что? Ещё — кроме этого, будут?!
— Напишу в Америку компаньону — через месяц-другой будут, — уверенно пообещал я.
— Пиши, пиши… Да, чтоб побольше выслал!
— Побольше не вышлет, — отрицающее замотал я головой, — этот товар — изделие редкостное. Два, ну может — три рулона, за раз…
Как говорил классик: «Лучше меньше, но дороже». По моему, так! Вот только не «говорил», а «скажет»…
Показал китайские газовые зажигалки. Простые, одноразовые, без фонариков. Договорились, что буду поставлять по сто штук таких каждый месяц — по цене двадцать пять рублей за штуку…
Если мало буду продавать — то, эти «ништяки» затеряются в истории и не проявят себя в будущем… То, есть меньше будут глаза мозолить будущим историкам… Вот только не знаю, стоит ли по мелочам тырить. Да, стоит! Птичка по зёрнышку клюёт, да сыта бывает!
— А, это что такое? — на глаза Ферапонта попался тубус с «интересными» картинками.
— А это плакаты для мужчин. Не знаю, стоит ли тебе смотреть…
— Почему, это?
— Женатый человек посмотрев их, бежит к своей жене… А, ты куда побежишь?
— А, я побегу к чужой жене! — паскудно осклабился Ферапонт.
Просмотрев с горящими глазами несколько картинок, Ферапонт простонал:
— Худющие, то какие, лярвы!
И, чего они тут все на целлюлит запавшие?! Непонятно… Запас, типа — консервов на зиму, что ли?!
— Ну, извини — какие, есть! Брать, то будешь?
— Буду. Почём?
— Червонец лист. Можно ассигнациями!
— Сдурел, Дмитрий Павлович?
— А, ты найди ещё такое качество изображения! В Москве эти «лярвы» за четверной идут… Вот их — могу побольше. Чего-чего, а худющих лярв в Америке — хоть завались!
Поторговавшись, Ферапонт всё же сбил цену до семи рублей за лист… Вот же проныра!
Дошла очередь до презервативов… У Ферапонта просто шары на лоб полезли, когда я их ему показал и рассказал их предназначение:
— Знаешь, же?! От слишком неразборчивых плотских утех нос может провалиться…
— Пока Бог миловал…, — Ферапонт опасливо потрогал свой, — но, вообче-то приходилось бедолаг видеть…
— А, с оным кондомом можешь не опасаться, — я распечатал один пакетик, надел образец рекламируемого товара на черенок лопаты…, — видишь? Одеваешь, вот так, его на свой блудень и, смело впёрёд! Ну, или взад… Смотря, куда договоришься! Бугагага!!! Заодно и, детей не будет. Только, снять с «шишки» потом не забудь — а, то под ним заплесневеет и позеленеет! Бугагага!!!
Я снова свернул презерватив…
— Понял процесс?
— Что? А… Понял! А, для чего вот эти…
— «Усики», что ли?
— Ага…, — Ферапонт сам догадался, вон аж слюни потекли! Просто подтверждения хочет…
— А ты прикинь, как бабе приятно — когда ей вот с этими… Не отстанет потом!
— Ух, ты! До чего ж эти мериканцы умные, черти заморские…
Я засунул снятый с черенка лопаты и свёрнутый презик обратно в пакетик и протянул его Ферапонту:
— На, дарю… На пробу!
Ферапонт восхищённо вертел в руках презерватив… Ну, точь-точь — папуас заполучивший в руки пустую консервную банку из-под балтийской кильки! Даже, торговаться не стал — когда я за один пакетик запросил восемь рублей… Взял на реализацию всю партию, в триста презервативов! Если учесть, что месячная зарплата неквалифицированного рабочего была около десяти рублей, то я очень удачную сделку провернул.
Восхитило Ферапонта и, мыло «ДУРУ»:
— Понюхай, как пахнет! — рекламировал я товар, сунув кусок ему куда-то в бороду, — прикинь только: помоешь бабу таким мылом в баньке, а потом… Как, ей…! Влупишь! Да, вот с той штукой — с «усиками»!
