Пока я щёлкал хлебосольным хлебалом, на ту же сцену выскочили четверо пациентов того же доктора с музыкальными электроинструментами в руках, одетых… Хрен знает, что за стиль одежды! Может, «стимпанк»? Но, в нём мною без труда узнавался «народный городской костюм» конца девятнадцатого века. Ага, вот оно что! Это расстаманы моё задание выполняют! Интересно, интересно…
«Попадамусы» спели песню про тяжёлую долю фабричного рабочего… Ну, в музыке, говоря честно, я не силён. Детство прошло в далёкой Сибири и, то ли местный мишка на ухо мне наступил, то ли я его — ухо, отморозил… И, всё же! В мелодии явно слышались и, ранние «Битлы» и Пресли… Ещё, много чего… Но, больше всего было от похабных русских частушек… Особенно, по стихам. Стихи были, скажу прямо — явно свои, оригинальные!
Мне понравилось! Хотя, солиста им бы, желательно заменить. Этот, всю малину портит! Да! Явно, не то… Но, всё равно, я соскочил с места — когда первая песня закончилась и, бешено зааплодировал! Чуть ладоши не отбил! И, весь народ в пресс-конференс-зале — и, те что из «элиты» и, пришедшие вслед за мной снизу из «народа попроще», по моему примеру, стоя захлопали в ладоши, хотя не понимая сути… Да, им уже по барабану была эта самая суть, все уже были изрядно навеселе!
Спев пару песен про нелёгкую судьбу пролетариата в период развития империализма в России, «Попадамусы» убежали за кулисы… Я думал, уже всё, репертуар иссяк. Только, успели мы с Бургомистром — практически, на брудершафт… Как, они вернулись! В этот раз «Попадамсы» были одеты в стилизованные под «стимпанк» мундиры русских офицеров… Серия песен была патриотического содержания, в частности, про русско-японскую войну. Опять, я чуть ладони себе не отбил! Нет, ну… Солиста им надо другого! Этот, всё портит!
Позже, я спросил Доктора Россмана:
— Доктор… Меня обуревают смутные подозрения: ваши пациенты, случайно не имеют доступ к лёгким наркотиком, как минимум? По-моему: придумать такое можно, только что-нибудь вкурив… Что-нибудь, такое забористое, знаете ли.
— Кто б, говорил! Что Вы сами вкурили, когда давали им такое задание?!
— И, всё же, Доктор?
— Ну, я владею гипнозом…, — отвёл глаза в сторону Доктор Россман, — и, когда у пациента сосем уж тяжёлый кризис, ввожу его в искусственный наркотический транс…
— И, как часто?
— Достаточно часто… Это наркоманы со стажем!
— Тогда понятно… А, как же «благотворнее влияние Солнечной Пустоши»? Из-за которой весь сыр-бор и, разгорелся?
— Есть влияние, явно есть! Но, нужно время, чтоб оно проявило себя…
Далее, я припоминаю события очень смутно… Помню, имел серьёзный разговор с Папарацци… Ну, с Андреем Юрьевичем — редактором районной газеты, которому я дал задание найти пионеров, нашедших во время войны генеральский клад:
— Вы, я вижу, неплохо устроились… Получаете от меня по пятьдесят тысяч в месяц на «командировочные» и, в …уй не дуете? Думаете, лоха нашли? Где результат?!
— Фёдорович, успокойся! — лепетал тот, — к годовщине Сталинградской битвы, в феврале, выйдет статья! Очень хороший материал…
— На, куй мне твой материал! Мне живые пионеры нужны! Я под них деньги давал, а не под ваши материалы…
— Фёдырыч! Да, где же я тебе в наше время живых пионеров найду? Сколько, уже с тех пор времени прошло…
— Ну, так у родственников надо было узнать — где эти чёртовы пионеры клад нашли! Куда мне памятную доску лепить? Может, тебе на лоб?
— Да, прилепите куда-нибудь! Никто же не знает, где эти… С Вашего позволения, долбанные пионеры, клад нашли!
— Да, ты за кого меня, падла, канаешь? Чтоб, я по вашему примеру народ дурил?!
Хотелось набить ему репу — а то, что за пьянка, когда драки нет?! Как-то, не по-русски! Но, откуда-то взялся Спец и растащил нас в разные стороны…
Помню, докопался до Феллини… Начала разговора не помню:
— …Ну, а Вы чё? Ваша подруга замечательные книжки пишет… Музыканты, вон что отчебучили! А Вы, режиссёр, чё? Чем порадуете своих предков? Фуфло, Вы, а не режиссёр! Только и можете, что про женские затычки рекламные ролики снимать… Прокладка, Вы! Прокладка между рабочим классом и пролетариатом! …Тьфу, ты! Не, так… Ну, ты меня понял, да?!
Что мне Феллини ответил — убей Бог, не помню!
Последнее, что в ту волшебную новогоднюю ночь запомнилось — меня куда-то вела Очень Взрослая Дочь Олигарха… Интересно, куда? И, зачем? Я так про то и, не узнал, ибо та меня не довела: на ближних подступах к моей спальне, на её пути стеной встали Медвежонок и Котёночек. В короткой, но ожесточённой рукопашной схватке они меня отбили и, Очень Взрослая Дочь Олигарха, лишившись пару клоков волос из бывшей когда-то — до Нового Года, очень модной и роскошной причёски, отступила матерясь не по-детски и размазывая кровь по лицу из царапины на носу…
Проснулся я, ближе к обеду… Что мне в Пустоше особенно нравится, так это то, что я здесь после пьянки никогда не болею. Так, лёгкий сушнячок… Как сейчас.
Оп-па! Я лежу, практически без одежды — если не считать собственную кожу и одеяло сверху, между своими зверюшками: справа Медвежонок, слева — Котёночек… Ничего, себе! Что-то новенькое…
