Нет… Ну, не Купчиха, конечно…
Вечером, Котёночку, даже и, не пришло такое в голову предложить… Она то, по габаритам, вообще на роль Купчихи не подходила. Вывод: надо быть поразборчивее с половыми связями. А то, в следующий раз, к тако-о-о-ому, могу привыкнуть!
Этот день я провёл как человек: практически весь день просидел в Интернете, по которому безумно соскучился… Конечно, предварительно загрузив Джостика:
— Игорёк! Ищи всё, что только возможно про производство патронов! Любую правдоподобную информацию! И особенно: ищи людей, которое про это производство знают…
— Ваш «главный герой», видно воевать собрался? — ехидно спросил тот.
Этот тоже — что-то заподозрил, причём, уже очень давно…
— Да, нет… Чисто поохоться. На САМОГО ЛЮТОГО ЗВЕРЯ!!! Зверя весом до ста килограмм…
Со следующего дня целиком сосредоточился на делании денег. Поток «хабара» временно иссяк… Всё, что полегче я уже перекинул, всё что потяжелее — перекину, когда Камрады «инвалидное кресло» сделают. Узбеки в Пещере Синбада Алибабаевича наводят шмон, перевозя в гараж Замка всё наиболее ценное…
Теперь надо срочно всерьёз заняться финансами, которые с прошлого года поют — уже даже не романсы, а прямо рэп какой-то! Несколько обрадовал Киса, продав кое-что из моего «антиквариата»… Да, это так… Копейки. Аукцион по продаже неизвестной картины Боровиковского был назначен на лето — что, не могло не радовать. Стартовая цена — миллион долларов, что ещё больше радовало. Но, когда это ещё будет! Можно, при таком раскладе и не дожить.
Дело было так хреново, что я опять начал «ксерить» банкноты: как рубли, так и доллары. Правда, «отксерил» всего четыре раза…
Гораздо больше я умножил «рыжья» и генеральских монет, с побрякушками. Последний клад, тоже не забыл!
«Наксерив» приличное количество небольших крестиков с крупным бриллиантом посередине, из последнего клада, я вдруг подумал: «Этот крестик — явно произведение искусства. А на хрена, такое большое количество произведений искусства?»
Я выломал из нескольких клонов этого крестика и побрякушек жены Генерала камешки и, впредь стал «ксерить» отдельно золото и бриллианты. Особенно, последние — они компактнее. А, золото потом тупо переплавлю в слитки. Лучше б, конечно, в монетки — да, соответствующих навыков и оборудования нет…
Между делом я подтянул Бугра и Бату…
С Бугром всё оказалось очень просто: я вызвал его в свой кабинет с «проектом». Наскоро пробежавшись по электронной копии плодов его многомесячного труда, я сообщил ему:
— Годится! Будем считать, что ты, Иван Николаевич, прошёл проверку на профпригодность…
— И, что дальше?
— Дальше мы с тобой сейчас совершим небольшую экскурсию…, — нутром чуял, что Бугор из тех людей, которые не поверят ни ушам, ни глазам… Глядящим на картинки на мониторе компьютера. А вот своим ушам и глазам — «картинке» в реале, поверят. Вот я его и повёл…, — ты только дай слово, что не ё…нешься, когда узнаешь правду!
— Я? Ё…нусь? Да, я такое видел…
— Такого, ты ещё никогда не видел! Ну, ладно, пошли. Вижу, ты готов.
Спустившись в гараж, я всучил Бугру здоровенный ящик с кое-какими железяками… Автопромовский инструмент, по-моему. Бугор — мужик здоровый, дотащит:
— Помоги отнести, что встал?!
Бугор был до того заинтригован, что безропотно взял ящик и понёс. Я тоже, надел на плечи титановый сейф-рюкзак, в одну рук взял слиток алюминия, вылитый на СТО Костоправа в виде двадцатилитровой канистры с тремя ручками, в другую — газовый баллон для плиты… Газу, в связи с рождением у Громосеки сына — ну просто прорва стало расходоваться! И, мы двинулись в погребок…
— Ты ящик крепко в руках держишь? — спросил я, заставив Бугра встать у портала, сам же, пока не подходя, — смотри, держи покрепче, а то сейчас на ногу уронишь, бывали такие случаи…
— Крепко, крепко…, — вид у Бугра был самый, что ни на есть дурацкий, — с какого перепуга, я его ронял бы?
— Да вот с такого! — я сделал шаг к порталу и, он сработал, — …говорил же тебе: держи крепче!
— Мать…! Перемать…! — иногда, строители очень громко похабно ругаются — такая уж у них профессиональная привычка… Или болезнь! Как силикоз у шахтёров или тупость у генералов, — твою мать…! Что это было?
В погребке «того» времени было светло… Я, наконец-то догадался оставлять, перед переходом, зажженную газовую «Летучую мышь» — поэтому может быть, Бугор ещё и, не обос…ался в темноте.
— Предупреждал же! Ящик то, теперь, наверх затащишь?
— Мать…! Твою мать…! Перемать…! …ать твой ящик!
— Ладно, пусть лежит… К стенке, только оттолкни — а, то на обратном пути об него ещё и, споткнёшься. Опять ругаться будешь!
И мы с Бугром зашкандыляли по лестнице наверх… Бугор еле шкандылял, так как хромал, я же от веса рюкзака, баллона и «канистры». Можно б, конечно Му-му припахать — но, я не привык ходить наверх с пустыми руками.
По мере движения наверх боль в ноге, по ходу, Бугра отпускала, а вот опупение, наоборот, только становилось крепче… Он шёл, озираясь и, всё больше и больше фуея.
Наконец, вышли в гараж-конюшню… Тут, Бугор офуел окончательно и бесповоротно и, встал как вкопанный:
