— Конечно, конечно! «Подружиться» с такими «ушлыми ребятами» — тебе, так или иначе придётся! Итак… Легко и просто захватив власть, большевики схватились за дело разрешения до конца задач буржуазно-демократической революции и, одновременно — к подготовке решения, в ближней или дальней перспективе, задач социалистической революции. Это всё понятно, да?
— Да, пожалуй, понятно…
— За это дело они схватились так — как и, за всё — за что брались: рьяно и фанатично! Узаконили самозахват земли самими крестьянами, установили в России самый продвинутый в теории республиканский строй — Советскую Власть и, сделали попытку ввести рабочих в управление производством…
— …Однако, незадача! Большевики, с превеликим изумлением обнаружили, что их буржуазно-демократические потуги, сама буржуазия встречает в штыки! Причём, как в переносном — так и, в прямом значении этого слова… Невероятно — но, тем не менее, факт: российская буржуазия — на дело строительства «развитого капитализма» положила болт!
— …А, тут ещё с «мировой революцией» не заладилось и, рухнули надежды на «братскую» помощь передового европейского пролетариата. По крайней мере, в ближайшем обозримом будущем…
— Да… Не обломилось!
— …Ну и, что им оставалось делать? Как большевикам довести до ума буржуазную революцию, вопреки самой буржуазии?
— А, фиг его знает, Ильич! Я, без представления…
— А дело то серьёзное, Володенька! К тому времени, не просто дело «буржуазно-демократической революции» было под угрозой… Всё — все политические реалии, уже обернулись так, что на кон встали жизни самой большевицкой верхушки! ЖИЗНИ, понимаешь!!!
— Да… Жить захочешь, поневоле соображать начнёшь!
— Против неожиданного саботажа буржуазии, у большевиков нашлось лишь одно средство: так называемая «диктатура пролетариата». А, любая диктатура, сам понимаешь, Володенька — это уже не буржуазно-демократическая революция! Это, нечто иное…
— Ильич! Так, какая причина того, что «буржуины» так быковали? На кой хрен им самим себе на яйца наступать?!
— Да, разные причины, Володенька! Всякие разные… Повсеместное явлением, я думаю, было то, что в «рабочие комитеты» — осуществляющие «рабочий контроль» на производстве, иногда выбирались отнюдь не самые лучшие представители пролетариата. Но, я думаю, самой главной из причин «быковатости» — по крайней мере крупной буржуазии, были всё те же деньги — лежащие в западных банках…
— Ага… Понятно. Надо значит, сделать так — чтоб к Октябрю семнадцатого, у меня на заводах уже были свои «рабочие комитеты» и, в них были избраны «самые лучшие представители рабочего класса»… А моих денег, лежащих в западных банках — у меня нет и, никогда не будет. Наоборот, их деньги будут лежать в моём собственном банке!
— Ну, помогай Вам Бог, Володенька! И, самое главное: чтоб со стороны казалось, что Вы здесь ни при чём. Что, это — «свободное волеизъявление масс»… Вот сделать так, создать такую видимость — это и, есть самая настоящая, реальная демократия!
— Согласен, сделаем! …И, это всё, Ильич? И, сразу после этого большевики меня враз полюбят, как родного? И, даже к стенке ни разу не поставят?! Как-то, даже неинтересно…
— Однако, Володя, я б хотел продолжить…
— Пожалуйста, пожалуйста, Ильич! Извини, что перебиваю…
— Ничего, ничего! Я уже привык… Итак, что у нас получилось в результате «диктатуры пролетариата»? У нас получилась, прежде всего — экспроприация промышленности у буржуазии! Национализация, то бишь… А, кто будет ею управлять? Кто будет управлять экспроприированными заводами и фабриками, Володенька?
— Не знаю… Ну, давайте я!
— Три раза «Хахаха»! …В самом начале предполагалось, что эту функцию возьмут на себя органы рабочего контроля — фабрично-заводские комитеты на пару с профсоюзными организациями. Однако, не срослось! Не то время для подобных экспериментов, увы — не то… В условиях того — доставшегося от ещё имперских времён транспортного коллапса, от «временных» доставшейся разрухи в промышленности и, уже — своей-собственной Гражданской Войны, эти органы не сумели-не смогли предельно жестко и в очень сжатый срок сконцентрировать очень скудные ресурсы страны на решении первоочередных — военных задач! Функцию управления отдельными предприятиями, всей промышленностью и народным хозяйством взяло в свои руки государство через соответствующий государственные органы. Так, что уже при «НЭПе» «рабочий контроль» на производстве и профсоюзы стали чисто декоративными!
— …По идее, Володенька, «социализм», это — «свободная и равноправная ассоциация вольных тружеников», где ведущая сила — сами работники. А, «ведущей и направляющей» социальной силой построенного нами нового экономического строя стали не сами работники — как изначально предполагалось, а государственная бюрократия! Короче, получился «капитализм без капиталистов» — диктатура менеджеров среднего звена. Вот такие дела, Володенька… Вот такие дела!
— Так ведь, был толк, Ильич! Худо-бедно, но вторую сверхдержаву построили…
