Саша почувствовал, что сон уходит и больше он не сопротивлялся.
****
Он нехотя продрал глаза, потянулся, зевнул и приметил, что у кровати на стуле сидит тот культурист по имени Джованни и качает бицепс гантелей.
— Где ты взял эту штуку? — тупо спросил Саша.
— Сотворил из воздуха, где еще, пацан? — деловито сообщил Джованни, не прерываясь.
— Ты же не колдун.
Джованни на мгновение прекратил движение рукой, задумался, потом продолжил, бросив небрежно:
— Ну Стикки-Ти сотворил, а я воспользовался.
— Ты не мог бы э-э… превратиться обратно в монстра, а то, блин, как-то неловко с тобой разговаривать в таком виде.
— Брось эти стереотипы, парень, надо воспринимать людей в любых образах, кем бы они ни прикидывались!
— Так значит, ты официально признаешь, что ты прикидываешься этим качком и той девкой?
— Не-не, я никем не прикидываюсь, у меня все натурально. Есть биография, я служил во Вьетнаме, мочил желтопузых. Могу байки потравить. Скрупулезно воссозданы в памяти часы и дни, как я проводил время по пояс в говенной жиже в душных джунглях.
— Нет уж, благодарю покорно. Надо быть ушибленным на голову, чтобы воссоздавать себе в памяти искусственные воспоминания, как дни сидишь в какой-то жиже. Зачем ты вылез из берлоги с утра пораньше и смущаешь меня своими мускулами?
— Хотел послушать про твой сон. И хм… ты чем там занимался, парень? Остаток ночи ты посвятил не событиям, связанным с белокурой бестией.
— Ты подсматривал, что ли? — упрекнул Саша.
— Я присматриваю за качеством процесса, ведь именно мои… в смысле именно магические действия шерстяного засранца делают возможным твое погружение. Но вдруг что-то пошло не так, ты там начал переключать реальности, нервировать местную Сану, и потом вступил в длительный и глубокий контакт с ее сознанием. Я не буду спрашивать, чем вы там занимались, я же джентльмен! Но это было интенсивно энергетически.
— Не знаю, что там было энергетически, но надеюсь, повлиял через ту и на местную Сану.
— А что с другой девчонкой? Белобрысой? — спросил итальянец.
— Похоже, она сбежала. Раскрыла, что Сана действительно супер-волшебница невиданной силы, этот парадокс вызвал у нее кризис всех ее теорий, она перепугалась не на шутку, свернула все свои исследования, и была такова.
— Да, но она вернется.
— Драпала бы лучше. Зачем они связались с Саной?
— Согласен, лучше бы драпала, — буднично согласился качок, поднимая гантель.
— Кто она? Может, скажешь уже? Я в том мире поразительно несообразительный, даже не замечал до последнего, что Сана действительно волшебница.
Джованни хохотнул:
— Ой-ли, мальчонка? Здесь все было ровно так же. Пока Сана не телепортировала тебя в Париж, ты думал, она фокусничает.
— Ладно-ладно. Короче, я догадался, что таинственная девка из Швейцарии точно не из Швейцарии, по крайней мере, не из той, что мы знаем. У нее прибор, который фиксирует Сану. И она прибыла изучать ее.
Джованни положил гантель, наклонился, сложив руки в замок, и доверительно поинтересовался:
— Скажи мне, пацан, она тебя не увлекает? Тебе, похоже, нет особого дела до того, что там с тобой и с ней происходит, это внушает мне тревогу.
Саша уставился на него:
— С какой стати она должна меня увлекать? Девчонка красивая и, пожалуй, интересная, но здесь мне хватает рыжей и ее божественной наставницы. А вот тот я, да, судя по всему, начинает ею увлекаться. Он расстроился, когда она куда-то пропала, надолго, кстати?
— Нет, пара недель.
— А почему у тебя это вызывает тревогу?
— Потому что ты должен помочь самому себе, распутать ситуацию, вывести из тупика.
— Ну вот, мало мне здесь нервотрепок!
Вдруг раздался звонок в дверь, Саша и Джованни одновременно повернули голову, а потом переглянулись.
— Ты кого-то ждешь с утра? — поинтересовался Джованни.
— Нет… Но ты же чертов маг, ты что не видишь через стены, кого там принесло?
— Ты удивишься, хозяин, я вижу там черный провал и сплошную фигу.
— Как это так? Блин, где моя рубаха? Придется открывать, поспать не дают…
Джованни первый соскочил со стула и скрылся в коридоре. Не успел Саша опомниться, как тот уже вернулся одетым в черный фрак дворецкого, не спеша и церемонно вошел, потом поклонился и объявил:
— К вам госпожа Серебрякова, сэр. Одна сэр.
— Ты что, дверь ей открыл, что ли? Какого черта? Я же даже не успел одеться!
— Я думаю, она вас видела всяким, сэр, включая и без одежды сэр. И ей пофиг на мужскую наготу, сэр.
— Если вы закончили этот глупый спектакль, то я уже войду! — бесцеремонно отпихнула амбала девушка и вошла в комнату.
Она была в белом платье с претензией на строгость, но слишком короткое для делового стиля, с коричневым кружевным воротничком и пояском на талии.
— Сестренка! — воскликнул он. — Я бы тебя обнял, но как видишь, я неодет, так что ты поймешь меня превратно.
— Я смотрю, проживание с демоном не проходит для тебя даром, ты перенимаешь его ужимки и паттерн поведения.
— Какой-какой, паттерн? Что она матерится, Джованни? Вломилась тут… — Саша замер: — Слушай, а что это ты вдруг вошла через дверь, да еще и — вот же удивительно — позвонила в звонок! Ты не заболела?
