– Об этом вторая часть. Я послал своих людей в Россию, чтобы выяснить, почему произошла задержка, кто исправлял метеорадар и с кем контактировали пилоты.
– О, это уже интереснее.
– Многого я не выяснил. Знаю, что механик, чинивший метеорадар в ту ночь, был убит сразу после того, как самолёт взлетел. За что? Что он знал? Франк достал архивные дела, но дело, как оказалось, не раскрыто. Также они нашли техника, хотели переговорить с ним, а старик взял собрал вещи и исчез. Невиновен? Сомневаюсь. Отыскали жену Александра Гущина, Аллу Гущину, поскольку он впервые в жизни говорил с ней по телефону перед полётом, словно знал, что они расстаются. Это по словам второго пилота. Алла Гущина уехала за город и ведёт тихий образ жизни. У меня это вызвало подозрение. Там точно есть связь. И мы переходим к третьей части.
– Вы меня прямо-таки заворожили новыми фактами, – воодушевленно произнесла Дебби. Во время рассказа она не дышала.
– Мы подошли к пункту, который меня крайне волнует и без третьего лица, то есть без тебя – профессионального журналиста, мне не справиться. Анастасия. Знаешь её?
– Да.
– Ей снятся сны, и она пришла к нашему парапсихологу. Под гипнозом она указала нам на женщину, что летела тем же рейсом. Она прямо говорила о том, что произойдёт. Но в небе телефонами нельзя пользоваться, и мы предположили, что общение производилось с членами экипажа посредством датчиков, радиоприемников или ещё чего-то безопасного. Мы выяснили её личность. Но интересен вот какой факт: она училась с Аллой Гущиной в одном институте. А потом эта женщина по имени Бриджид Равилия работала в частной научно-исследовательской лаборатории «Тест-лайн». Она – физик.
У Дебби зашевелились волосы на голове. Хьюго снова глотнул содовой.
– Я полагаю, есть какой-то заговор. В самолёт внедрили намеренно что-то, что повлияло на энергетические волны и создало некое мистическое явление, как переход во времени, уж я не мастер говорить словами ученых, но, думаю, понятно и так. Это преступление, Дебби. Люди, которые всё это создали и провели «подпольный» опыт над живыми людьми, должны быть наказаны. И не важно, какой сейчас год.
– Странно. Зачем им это делать, если афишировать прорыв они не могут. Деньги тут, я считаю, тоже не имеют веса.
– Правильно мыслишь. Мотивы мне и самому не понятны. Я допросил стюардесс, но они ничего мне не смогли сказать. Аву я не нашёл.
Дебби сглотнула.
– Думаете, Ава смогла бы что-нибудь сказать?
– Ава – это ключ ко многому. Во-первых, она больше всех поддаётся влиянию этого Нечто. Во-вторых, она хорошо была знакома со всеми членами экипажа, в отличие от её коллег. И мне кажется, она знакома с Бриджид.
Дебби даже не предполагала, что приютила такого ценного свидетеля. Вдохновившись собственным превосходством, она спросила:
– В чём конкретно заключается моя работа?
– Разыскать Бриджид Равилия. Выяснить, связан ли метеорадар с мистическими явлениями. Разузнать мотивы преступления. Что сможешь. Любая информация будет ценной.
– И я смогу написать статью?
– Да, но опубликуешь лишь после закрытия дела.
На этот раз работка попалась «вкусная». Дебби мысленно облизывалась и уже видела себя на вершине славы. Шанс сам плыл ей в руки.
***
Трудные деньки начались или никогда не кончались, а только становились хуже. Для Насти во всяком случае.
Клару было трудно успокоить. Внешне она сохраняла спокойствие, но Настя видела, как дрожали её руки, когда речь заходила о муже. Давид звонил снова и снова. Клара не отвечала на его звонки, и тогда он начал присылать сообщения с угрозами. Он писал: «Сучка, почему ты не берешь трубку. Ты скрываешься от меня? Боишься мужа-зека? Я убийца, согласен. Как думаешь, я способен убить тебя?»
Это было страшно читать. Клара пила успокоительные. Настя посоветовала сходить к Хьюго, но Клара не верила, что полиция в данном случае поможет.
И Настя должна была согласиться.
Однако спустя некоторое время Настя пришла к тому, что должна научиться понимать свои сны и для этого пригласила Эшли на завтрак. Дома никого не было. Томми спал. Девушки устроились на веранде за соломенным столом со стеклянной столешницей. Смоки, воспользовавшись удобным случаем, уселся на коленях Насти, чтобы выпрашивать ветчину. С виду приятная дружеская обстановка, но на самом деле обе девушки были озабочены проблемами.
– Итак, по телефону ты сказала, что хочешь поговорить о своих снах.
– Да. Помнишь, однажды ты сказала, что я обладаю тем же чувством, что и ты? На этот раз я вынуждена согласиться. Только мои экстрасенсорные способности проявляются иначе.
– Не видения?
– Сны.
– Сны, – повторила Эшли и почесала затылок. – Хочешь сказать, ты видишь вещие сны?
– Не совсем. Вещие сны – это то, что сбывается точь в точь. Мои сны нужно уметь понимать, и я хочу научиться этому. К примеру, вчера я смогла растолковать свой сон, и он касался Клары. Но я до сих пор ломаю голову над тем, почему я в первые месяцы видела падающий самолёт, в котором находилась сама или даже являлась членом экипажа.
Эшли заинтриговала тема разговора, она задумалась.