Кларисса откинулась на спинку сиденья, ощущая приятную усталость и сладкое тепло победы. В груди поднималось чувство гордости – за себя, что сумела выдержать, не сломаться, встать на «обломанные» ноги и идти вперёд. Улыбка тронула её губы. Исполнилась её мечта – она увиделась и поговорила с сыном. Большего ей и не надо…
Кларисса снова верила в себя.
***
Лиса вышла из зала суда. Наконец-то она свободна. Гибель супруга признали несчастным случаем, а ее оправдали. Все подозрения были сняты, и теперь Лиса могла вернуться к обычной жизни.
Она вышла не одна. Её сопровождал адвокат. Они улыбались, обсуждая свой успех. Сколько всего Лиса пережила за последние месяцы. Она уже не верила, что когда-нибудь снова почувствует себя счастливой.
Однако улыбка её долго не прожила. Она растаяла, как только в коридоре появился
Чуть растерявшись, Лиса остановилась. Адвокат спросил, всё ли нормально, и она заверила его, что в порядке. Он ещё раз поздравил её и ушёл.
Лиса и Питер стояли на расстоянии друг против друга и не отводили взгляда.
Наконец он осмелился подойти ближе. Губы были сухими, поэтому он облизнул их.
– Я пришёл поздравить тебя.
– Спасибо.
Снова повисло молчание. Лиса не уходила, потому что знала, зачем он пришёл. Он уже писал ей сообщения, пытаясь объяснить свой глупый поступок. Пару недель валяясь на больничной койке, он осмыслил все свои промахи, но всё равно не понимал, почему это с ним произошло. И только лишь когда в новостях стали обсуждать поведение пассажиров рейса 712 до уничтожения и после, он всё понял. Пришло время исправлять ошибки.
– Всё прошло, Лиса, – прошептал он. – Я хочу вернуться к тебе… – он вдруг опустился на колени, невзирая на то, что мимо проходили важные люди, юристы и их клиенты, и прошептал: – Прости меня.
– Питер, встань, пожалуйста, – засуетилась Лиса и начала тянуть его вверх, чтобы он поднялся. – Не позорься.
– Только если простишь.
– Я… прощаю. Встань.
– Правда? – он не смог скрыть улыбку. Быстро встал и заключил свою любимую в объятия.
– Тихо, тихо, – засмеялась Лиса, мягко отпихивая его, – раздавишь нас.
Питер извинился, поцеловал руку, но вдруг резко посмотрел на неё. Щёки её порозовели. Или даже…
– Лиса… ты…
– Да. Чуть больше восьми недель. Бог снова подарил нам шанс стать родителями и…
Не дав Лисе договорить, он сгрёб её и начал кружить по всему коридору здания суда. Он радовался как ребёнок. Вот, что значит начать жить заново.
***
Клара остановилась посреди комнаты, держа в руке тряпку, с которой ещё капала вода. Экран ноутбука ярко светился в полумраке, и голос диктора звучал почти гулко: «…суд признал Бриджид Равилия и первого пилота Александра Гущина виновными… задержаны и их сообщники… среди них ранее судимый…»
У Клары похолодели пальцы. На экране мелькнула фотография – лицо её постаревшего бывшего мужа, от чьей тени она так долго пряталась. Сердце сжалось, но уже через секунду его отпустило. Этого человека снова арестовали. Кларе показалось, что огромный камень сорвался с её груди и упал куда-то в бездну. Впервые за долгое время ей стало легко дышать.
Она перевела взгляд на Абигейл. Девочка сидела на полу, обняв колени, и задумчиво рисовала в блокноте. Ей было всего восемь, весь мир у неё на ладони, впереди жизнь. Клара вдруг поняла простую истину: теперь они с дочкой принадлежат друг другу и только друг другу. Этого больше никто не сможет отнять.
У них появился дом. Все разъехались, а Лорен, поскольку выходила замуж за Альберта, решила доверить свою собственность Кларе – совершенно бесплатно. И вот, она затеяла ремонт.
За окном загудела машина. Вскоре на крыльце раздались голоса. В дом вошёл Сэм Бритт вместе с Эндрю – руки обоих были заняты досками и коробками с инструментами.
– Мы привезли подкрепление, – улыбнулся Сэм, ставя коробку на пол. – Похоже, у вас тут работы непочатый край.
Эндрю уже что-то весело рассказывал Абигейл, и она смеялась так звонко, что у Клары защемило сердце от счастья. Сэм между тем подошёл ближе, отряхнул ладони и посмотрел на неё так, что слова застряли в горле.
– Разрешишь помочь? – тихо спросил он, в голосе звучала забота.
Клара почувствовала, как щёки заливает жар, и улыбнулась так, как улыбаются только тогда, когда в душе загорается искра.
***
Примерка свадебного платья – это всегда так волнительно. А когда невесты две, вокруг становится вдвое больше смеха, восторга и счастливых слёз. Каждое зеркало отражает не просто белый шёлк и кружево, а две судьбы, которые вот-вот переплетутся. Они кружатся, показывают друг другу детали, поправляют фату и не знают, кто из них сияет ярче.
Мира смотрела на себя, на Анну и искренне улыбалась.
Все неприятности остались позади. Анна на свободе. Она проходила курс психологической терапии у Нонны Дерлинг, но все вокруг считали, что она вполне способна контролировать себя. Стефан сделал ей предложение сразу после суда.