— Лекса. — тихо произнесла девчонка, поднимаясь. Вот черт, да у неё на правой щеке царапина, похоже сегодня её не первый раз бьют.
— Вот что я тебе скажу, Лекса. Сейчас мы уйдем отсюда, и сделаем это как можно быстрее. Доберёмся до безопасного места, и там обсудим, как ты оказалась на нижних ярусах, и что с тобой вообще делать.
Спустя час, когда мы миновали несколько коридоров, вентиляционных коробов и одну шахту, я объявил привал. Нет, не устал, просто начали давать о себе знать ожоги на груди, а нам как раз попалось укромное место — кубической формы помещение, через которые проходило сразу две вентиляционные линии.
Мне следовало принять обезболивающее и подумать, как двигаться дальше. Да и с Лексой пора уже поговорить, а то шагает за мной безропотно, словно хвостик. К тому же она явно вымоталась, взгляд почти не поднимает от пола, и спотыкается иногда.
— Можешь отдохнуть. — произнес я, снимая с плеча тяжелую сумку. Да, ещё одна странность — у меня не накапливалась усталость. В прежнем своем теле уже давно бы вымотался, а тут бодрячком. Может так действует страх, что за нами идет погоня? Надо бы разобраться со всем этим.
— Ты меня спас. Зачем? — впервые за все время девчонка решилась заговорить со мной.
— Без причины. Такой ответ тебя устроит? — я достал из сумки аптечку, и вскрыл её. Так, вроде вот эти пилюли действуют как обезболивающее. — Лучше скажи, как попала в катакомбы?
История Лексы оказалась банальной и мерзкой. Смерть матери, передача четырнадцатилетней девчонки в семью родной тёти, и дальше почти три года мучений. Переломным моментом в жизни сироты стал недавний разговор с мужем родственницы. Он намекнул, что Лекса уже взрослая девочка, и должна начать зарабатывать сама. Причем тут же подсказал, каким образом, и даже предложил стать её первым клиентом.
В Содружестве спокойно относились к торговле своим телом, как в буквальном, так и в переносном смысле. Вот только Лекса была не готова к такому, и отказалась от грязного предложения. Более того, она тут же пошла жаловаться к тёте, где нарвалась на непонимание родственницы.
— Ты же почти совершеннолетняя, и лицом хорошенькая, так что легко найдёшь себе клиентов. — сообщила сестра матери. — Годик поработаешь под нашим присмотром, а затем уйдёшь в самостоятельную жизнь. Мой муж работает в полиции, и сможет обеспечить тебе защиту. Заодно мы поможем тебе накопить на хорошую профессиональную базу, которая откроет путь в достойную жизнь.
— Но как же накопления матери, там должно было хватить на базу инженера средних космических кораблей, и десяток сопутствующих профессий! — возмутилась тогда девушка. На что получила ответ:
— Ну так мы их уже потратили. Или ты думала, что жила всё это время за наш счёт? Вынуждена тебя разочаровать.
Лекса не пожелала мириться с происходящим, и послала на родственницу жалобу. Это было её роковой ошибкой. Буквально на следующий день девушку чуть не сбила машина с тонированными стёклами, ей чудом удалось выжить. А дома тётя, вместо того, чтобы поддержать, чуть ли не открытым текстом сообщила, что если Лекса не заберёт из полиции жалобу, то следующая машина прикончит глупую племянницу.
Следующее покушение тоже не удалось — по дороге в школу внимание Лексы привлекла витрина, за которой было выставлено красивое платье, и тяжелая металлическая решетка, сорвавшаяся откуда-то сверху, упала в полутора метрах от девушки.
И тогда Лекса, уже давно задумавшая побег, решилась. К тому времени у неё уже были связи с одной из подпольных лабораторий, где ей за пять с половиной тысяч кредитов — всё, что удалось сохранить беглянке от матери, взломали нейросеть, отключив поисковой маяк.
— Теперь мой социальный рейтинг ниже нуля, и наверх дорога закрыта. — закончила свой рассказ Лекса. — Стоит появиться в поле зрения поисковых систем, и меня тут же посадят в тюрьму. А там муж тёти, который сделает всё, чтобы я умерла.
— Да уж, не повезло тебе. — покачал я головой, хотя не спешил верить рассказанному. Эта Лекса запросто могла быть агентом полицейских, охотящихся на меня.
— Александр, а ты давно здесь живёшь? — поинтересовалась девушка, которой я представился своим настоящим именем. — Один из уродов, что напал на меня, покончил с собой, когда увидел тебя. Я впервые видела, чтобы кто-то так сильно испугался.
— Да это был какой-то псих. — ответил я. — Что-то про душу говорил. Больной наверное. Я ж его отпустил, а он вдруг за нож схватился. Здесь таких очень много, больных на голову.
— Я тоже так подумала. — согласилась девушка. — Нормальный человек не станет убивать себя. Но ты так и не ответил, как оказался на нижних уровнях.
— Совсем недавно здесь. — честно признался я, и тут же соврал: — Но уже успел познакомиться с местными, и решил для себя, что лучше не иметь дел с этими уродами.
— Ты совершил на верху что-то плохое? — девушка явно отошла от пережитого недавно ужаса, и не чувствовала от меня угрозы.
