Губернатор форта де Шартр в Луизиане в приказном порядке потребовал, чтобы племена, проживающие на окрестных землях, соблюдали мир, но вампумы войны уже передаются из рук в руки в племенах шауни. Шарло Касте, влиятельный вождь шауни и преданный союзник Понтиака, попытался получить помощь от французов, но его усилия были тщетны. Сейчас в форте находился английский посол лейтенант Александер Фрейзер, который прибыл, чтобы призвать индейцев сохранять мир и спокойствие. На встречу с ним и направлялся этот Кронан.
Александер, который теперь в достаточной мере понимал язык ирокезов, чтобы следить за разговором, присутствовал на церемонии обмена подарками и раскуривания трубки мира. Англичане преподнесли племени водку, однако Гайенгвату не так-то просто было обвести вокруг пальца. Он прекрасно понимал, что мир на его землях пытаются купить за спиртное, которое приносит в индейские деревни только раздоры. Поэтому сначала он отказался от подарка, но его советников так расстроило исчезновение вожделенного бочонка, что они собрали достаточно голосов в свою поддержку, и вождю пришлось переменить решение. Когда англичане покинули деревню, бочонок открыли, и совет продолжил свою неспешную беседу. Оставалось еще решить, соглашаться ли на просьбу англичан присоединиться к ним для подавления мятежа в Иллинойсе или нет. Мнения разделились, голоса зазвучали громче. Наконец настал момент, когда один из участников совета замахнулся, чтобы вонзить свой топор в так называемый «столб войны».
– У Понтиака змеиный язык! Нужно его отрезать! Он отравил своим ядом сердца вождей племен Иллинойса! Этот яд поглотил их души, и дух зла завладел ими!
– Из твоего рта сейчас тоже исходит яд, бледнолицые подмешали его к твоей крови! – сердито отозвался Гайенгвата. – Своими войнами белые отравляют наши земли и разжигают вражду между нашими народами! Нужно положить этому конец!
– Мы всегда были заодно с англичанами, и мы остаемся их союзниками! Мы должны соблюдать закон Кайнерекова – Великий закон мира, который запрещает ирокезам убивать друг друга. Неужели сегодня Гайенгвата поднимет свой голос за французов, наших извечных врагов?
– Голос Гайенгваты поднимется за того, кто Гайенгвату уважает, Сонончие. Раньше англичане его уважали, теперь – нет.
– На кого же тогда обрушатся наши томагавки? На чьи головы?
– У тсоннонтуанов оружие сильное и опасное, и оно не должно упасть им на голову! Англичане хитры, как лисы, – они сеют раздоры и ждут удобного момента, чтобы вылезти из своей норы. Мы заключили мир, пусть так все и остается. Англичане – алчный народ, они хотят нами повелевать. Они лгут и хитрят, чтобы нас погубить. Понтиаку тоже нужно набраться хитрости и выждать время, и они забудут про спящего медведя. Но земля задрожит, когда он проснется!
Своим пылом и выразительными жестами Гайенгвата заворожил соплеменников, сидевших кружком у огня. В глазах у многих заблестел огонек надежды, который могли разжечь только мечты о свободе.
– А если мы найдем золото, о котором говорили французы и метис-чиппева? – спросил вдруг Канокареш. – Оно сделает тсоннонтуанов непобедимыми! И тсоннонтуаны смогут уничтожить всех англичан до единого и вернуть свои земли!
Одобрительный шепот прокатился по освещенному костром помещению – ночи все еще были холодными, поэтому вечером в каждом доме разводили не один, а несколько костров. Канокареш выпятил грудь, довольный тем, как отреагировали соплеменники на его слова. Лица стариков выражали сомнение, но молодые, более пылкие воины, схватились за оружие. Александер же думал о том, что его опасения подтвердились: французские торговцы тоже охотились за золотом Голландца. Он поймал себя на мысли, что задыхается в обществе индейцев.
– Вемикванит так и не смог узнать, где это золото, – проговорил Ниякваи, который заметил, как переменился в лице Александер.
Молодой индеец встал, и все сразу же замолчали.
– Он вырвал у Голландца язык, но тот остался безмолвным в его руках.
– Белый Волк знает, где спрятано золото, – уверенно заявил Тсакуки. – Это видно по его глазам. Он знает!
– И ты поступишь, как Вемикванит? Вырвешь его глаза, чтобы они остались безмолвными в твоих руках? Если бы Белый Волк знал, он бы рассказал. Белый Волк – наш брат. Оки, который ведет его, некогда вел и великого воина Тсуренгуенона. Он заслуживает нашего уважения.
– Но разве мы можем доверять ему? Ниякваи, у Белого Волка язык такой же лживый, как и у англичан, и он пользовался покровительством французов! Я думаю, что его нужно заставить говорить!
