<p>Проездом у дома Ли И
<a l:href="#c_141"><sup>{141}</sup></a></p>Ворота закрытыНемало, наверное, дней —Здесь, вижу, давноНе ступали копыта коней.Я гостем случайнымИду в переулке глухом,Собаки залаялиГде-то за ближним леском.Но вот и хозяин,Без шпилек в седых волосах
{142};Даосскую книгуОн в старческих держит руках.Мы с ним уж давноОт волнений мирских далеки.Нам славы не нужно,И бедность для нас — пустяки.В отшельничью хижинуЯ возвращусь все равно,Как только допьем мыИчэнское наше вино
{143}.<p>Хижина в горах Чжуннань</p>На середине жизни оценил яПуть Истины и Совершенства
{144}путь.Теперь, на склоне лет, я поселилсяВ горах Чжуннань — прожить бы как-нибудь…Когда ко мне приходит вдохновенье,Один я в горы ухожу всегда.Дела житейские, давно я понял,Перед природой — прах и суета:Гуляю долго, прихожу к долинеИ слышу бормотанье ручейка,Сажусь, смотрю на горы и на небо,Где тихо проплывают облака.И если где-нибудь в горах случайноЯ встречу дровосека-старика,Болтаю с ним, смеюсь — и забываю,Что до дому дорога далека.<p>Прохожу мимо храма «Собравшихся благовоний»
<a l:href="#c_145"><sup>{145}</sup></a></p>Храм «Собравшихся благовоний»…Он стоит от людей вдали,И взбираюсь по кручам вновь яВот уж несколько трудных ли.Нет тропы меж старых деревьев,Нет тропы среди горных скал,Но откуда-то гулкий, древний,Дальний колокол прозвучал.Камни грозные — скал превыше —Ручейка поглотили стон.Зной полуденный, словно крышей,Тенью лиственной охлажден.Но ты видишь воды мерцанье,Пруд, заросший со всех сторон.Укрощен твоим созерцаньемИсточающий яд Дракон
{146}.<p>Изнываю от жары</p>Багровое солнцеСжигает и небо и землю,И огненных тучГромоздятся высокие горы.И травы и листьяСгорают, свернувшись и дремля,И высохли реки,И быстро мелеют озера.Одежды из шелкаСейчас тяжелее железных.И в лес не пойдешь —Нету тени, — от зноя сгоришь ты.Оконные шторыУж несколько дней бесполезны,И за день одеждуСтираю и дважды и трижды.Но мысли моиНичему не подвластны на свете —Они устремляютсяВ дальнюю даль по вселенной:На тысячу лиТам несется стремительный ветер,И волны морскиеПокрыты кипящею пеной.И понял я вдруг,Что страдает лишь бренное тело,Слабеет оно,Но душа остается крылатой.«Ворота Сладчайшей Росы»
{147}Открываю несмело —И дух наслаждаетсяИх чистотой и прохладой.<p>ВАН ВЭЙ В ПЕРЕВОДАХ А. А. ШТЕЙНБЕРГА
<a l:href="#c_148"><sup>{148}</sup></a></p>ПОЭТ И ВРЕМЯ
{149}Более полувека минуло от той поры, как в 1923 году мне, шестнадцатилетнему тогда подростку, довелось прочесть в третьей книге журнала «Восток» удивительное произведение, называвшееся «Тайны живописи», — древний китайский кодекс, с гениальной убедительностью переведенный ныне покойным академиком В. М. Алексеевым.
