В скором времени впереди показалось строение, а подойдя поближе Айрин увидела, что это небольшой деревянный домик. На пороге домика показалась фигура и, всплеснув руками, скрылась за дверью. А через мгновение из него вышли уже трое и поспешили на встречу Айрин. Айрин разглядела мужчину, женщину и мальчика лет десяти. Мальчик не выдержав, побежал на встречу Айрин и радостно приветствовал ее:
— Привет, вы приплыли по реке?
— Несомненно, — улыбнулась она в ответ. К ним подошли родители мальчика:
— Здравствуйте, мы очень рады, — сказала женщина, — К нам так редко заезжают гости, что мы уже засомневались, что где-то еще существует жизнь, кроме нашей.
— Поверьте, она существует.
— Меня зовут Тина, это мой муж Один и сын Лад.
— Очень рад, — в тон жене сказал Один.
— А я Айрин, а это мой друг Оболтус, — кот как раз подошел к ним.
— Очень рады, очень рады, — в этот раз все хором сказали они, и Айрин поразилась такой семейной идиллии.
— Ну что ж пойдемте в дом, — взяла инициативу в свои руки Тина.
Дом был совсем небольшой, обнесенный кое-где подгнившей изгородью. Весь вид его был неказистый, и он разительно отличался от аккуратного белого домика Хелен и Алекса. Внутри же контраст был вообще огромен. Сразу же в прихожей, несмотря на то, что на дворе стояло лето, были свалены грудой зимние пальто и шапки, а из-под них торчали носки грязных сапог. Груды каких-то старых пожелтевших от времени газет заполоняли пространство и собирали пыль. Какие-то сумки, поломанные зонтики и еще целая куча, по мнению Айрин — хлама, лежала здесь. Создавалось впечатление, что они зашли в сарай. Гостиная была бы большой комнатой, если бы в ней не было столько мебели, которой к тому же явно не пользовались, о чем говорила нетронутая пыль на ней. Это была комната желто-серых тонов, довольно унылая и совсем не ухоженная.
Айрин села на диван, напротив нее в кресле расположилась Тина, сын ее весьма неуверенно примостился рядом с Айрин, а муж сел в дальнем конце комнаты на жесткий стул.
— Ну вот, — сказала Тина, и в комнате повисла тишина. Айрин почувствовала себя неловко в сложившейся ситуации. Но, решила она, они наверняка хотят что-то узнать о ней и о реке и поэтому сказала:
— Я, в общем-то, плыву недавно, всего несколько дней в пути и была только на одном острове…
— А мы тоже собираемся в путь, — перебила ее Тина. — Хотим поплыть по реке и посмотреть мир. Вот хотим, чтобы сын посмотрел, а не просидел с нами всю жизнь на болотах.
«Теперь понятно, почему у них такая разруха» — подумала Айрин, — «ведь они собираются покинуть это место».
— Правда? — спросила девушка. — А когда вы планируете отплывать?
— Да вот на днях, только закончим кое-какие дела в доме. В разговор вступил отец семейства:
— Да вот вчера я полез на чердак, а там у нас стоят большие синие сундуки, ну они еще от отца Тины остались. Он был неплохой человек, я его знал немного. Когда-то я ведь тоже приплыл сюда с соседнего острова, у меня даже осталась та небольшая посудина на которой я сюда добирался, но в борту появилась небольшая дырка и я причалил сюда, а моя посудина так и осталась у берега. Там я встретил отца Тины, и он проводил меня сюда. Человек он был не плохой, только у него вечно все ломалось, не хозяйственный был человек, ну я ему помогал, как мог. Вот так вот.
Один замолчал на мгновение, задумался, а потом воскликнул:
— Так вот, сундуки. Полез я на чердак, как я уже говорил или не говорил? Там у нас стоят сундуки. Синие. А за сундуками теми чемоданы. Тина просила меня эти чемоданы достать, ведь мы готовимся к путешествию. По моему мнению, чемоданы эти слишком большие для плавания. Они конечно не новые, но добротные. Давным-давно они там стоят… Тина, а откуда они, кстати? — все посмотрели на Тину, но она ушла глубоко в себя и на вопрос не отреагировала. Ничуть не смущенный, отец семейства продолжал. А Айрин подумала, что уже потеряла нить его повествования, но она все же постаралась вслушиваться и внимательно качать головой, ну просто из вежливости. Ведь ясно было, что Один просто соскучился по общению.
— Так вот, отодвинул я сундук, взял один из чемоданов, и нога моя провалилась в дырку в полу. Половица треснула, представляете? Дом- то старый, а времени всем заниматься нет, ведь надо еще семью кормить. Ну ничего, скоро мы уедем отсюда, ведь делать-то что-то надо, не сидеть же на месте всю жизнь. Правильно?
Он не ждал ответа, а продолжал рассказ, углубившись в детали того, как он будет заделывать дырку в полу, где возьмет доски и т. д. Айрин уже давно не пыталась вникнуть во все это, поняв вовремя, что ничего у нее из этого не выйдет. Она только с завистью смотрела на Оболтуса, который свернулся в клубок и спал. Ему можно было не быть вежливым и делать вид, что ему интересно, или что он понимает хоть что-то из этого монолога.
Внезапно Тина встала и прервала мужа:
— Пойду разогревать ужин. Айрин вы будете с нами ужинать, — любезно поинтересовалась она, но Айрин стало как-то не по себе, словно это было не предложение, а просто вопрос из вежливости.
