– В кинотеатре, где вы провели пятый ритуал, была беременная женщина. Знаете, в чем ваша проблема? Принадлежа к роду людскому, вы все равно недооцениваете людей. Та женщина почувствовала, что вы принесли смерть. Она вырвалась, пожертвовав собственными руками, и умерла не от вашего яда, а от потери крови.
– Ну и что? – нахмурился Олег. – Я изучил ритуал, это допустимая погрешность! Так же и Мириад Серафим умер не от огня, но он все равно умер! Нужно, чтобы большинство жертв погибли правильным способом, остальных можно добивать как угодно! Та женщина умерла, вот и все, что мне нужно знать!
– Она умерла, это факт. Но тебе нужно знать еще и то, что ребенок выжил.
– Что?.. – потрясенно произнес Олег, делая шаг назад. Как будто это что-то могло изменить!
– Она была на девятом месяце беременности, мы прибыли туда вскоре после завершения ритуала. Ее ребенок был слаб, но жив. Я лично вырезала его из тела матери и передала медикам. Это мальчик, если тебе интересно. Он все еще в реанимации, но ему уже ничто не угрожает.
Один маленький мальчик, спасенный умирающей матерью, только что защитил весь мир от непередаваемой угрозы. Сергей плохо разбирался в магии, но и он мог сказать, какой это серьезный удар для Олега. Все его достижения, все усилия и все победы пошли прахом из-за одной жизни, которая едва теплилась. Ему ведь так легко было убить этого младенца! Но он не проверил все, попался в западню самоуверенности.
Теперь уже обратного пути нет. Он потерял трех из четырех чудовищ, подаренных ему Безымянными, и почти всех своих союзников. Он не сможет начать ритуал сначала, даже если захочет. Это конец.
Андра наконец поднялась на ноги и отряхнула брюки от пыли.
– Думаю, пора заканчивать с этим.
Она достала из-за голенища сапога тонкий нож и поднесла к собственной шее. В какой-то безумный момент Сергей решил, что она готова покончить с собой, но нет. Она и правда прижала нож к шее – лишь для того, чтобы одним движением срезать кулоны, ожерелья и обереги, которые она обычно носила.
Они с мягким звоном упали к ее ногам – и в этот же момент медиум почувствовал, как
Заговоренное стекло вокруг них разлетелось не на осколки даже, а на полупрозрачную блестящую пыль. Она взмыла в воздух белым облаком, а потом разлетелась в разные части зала – туда, где собрались вооруженные люди, работавшие на Олега. Надо полагать, последнее, что осталось от секты.
Стеклянная пыль налетала на них, врывалась в легкие, резала глаза. Они пытались убежать от нее, стреляли в воздух, чтобы хоть как-то защититься – но защититься от такого было нельзя. Они, еще недавно считавшие себя хозяевами положения, слепли и захлебывались кровью.
Одна шальная пуля чуть не задела Сергея, но Доминик успел оттащить его в сторону.
– Что происходит? – одними губами прошептал медиум.
– Ты хотел познакомиться с Бо? Вот твой шанс.
– Это все-таки она?
– Это не она. Смотри внимательно и постарайся ничего не говорить.
Андра действительно ничего не делала. Избавившись от клетки, она просто пошла вперед, а разрушение творилось вокруг нее независимо от ее воли.
Существо с мерцающими глазами не было напугано. Оно, измененное две сотни лет назад, должно быть, забыло, что такое страх. Ритуал сорвался, оно потеряло саму причину жить дальше и рвалось отомстить.
В нем теперь было больше животного, чем человеческого: руки вытянулись, ноги стали короткими и мощными, за почти исчезнувшими губами мелькали острые зубы. В глазах не осталось разума, одно лишь желание убивать. Оно бросилось на Андру – и погибло в тот же миг. Незримая сила разорвала его пополам, но совсем не так, как это сделал бы человек. Разрыв прошел вдоль линии тела, по бокам, словно сверху на существо обрушилось идеально заточенное лезвие гильотины. Один удар, уничтоживший и измененное тело, и мозг, переживший столетия. Последнее из обращенных чудовищ обрело покой.
Оставался один лишь Олег. Он, в отличие от убитого чудовища, не был безвольным рабом Безымянных, он мог жить без них – и хотел этого. Но он прекрасно понимал, что его никто не отпустит.
И все равно он пытался спастись: он двигался быстрее ветра. Вот он стоит в одном месте – но раздается странный вой, и его больше нет. Они не были удивлены, они знали, что так будет: этот его трюк запомнили глаза Мириада, доставшиеся потом Доминику.
Кто-то другой не смог бы сопротивляться ему, но не Андра – не то, что жило в ней. Ей не нужно было знать, где он. Она понимала, что он пытается подобраться к ней незамеченным, однако это ее не волновало. Он запутывал след, он старался, он появился рядом с ней внезапно – и все равно не смог уйти.
Он завис в воздухе так, как совсем недавно были пойманы жертвы ритуала.