– Безымянные все равно не позволили бы тебе выжить, – сказала Андра. – Они убили бы тебя так, как убили Полину и остальных. Знаешь, почему они это сделали? От злости. Они почувствовали, что врата, которые только-только открылись для них, закрываются. Маленькая капелька жизни перевесила водоворот смерти, созданный тобой. Возвращаясь в небытие, они убили всех, до кого смогли дотянуться. До тебя добрались бы позже, ведь ты наполнен их силой, тебе от них не скрыться.
– Не надо… – только и смог ответить Олег. Сергей видел, что он плачет. – Отпусти…
– Я бы тебя отпустила, мне ты безразличен. Но ты со своими мелкими интригами разбудил моего напарника, а он никого не отпускает.
Она убила его. Или не она, а Бо, Сергей уже запутался, но что-то уничтожило Олега.
Он прошел через все пять ритуалов одновременно. Из его рта хлестала вода, и он задыхался. Его живот растянулся от грязи, переполнявшей его изнутри. На его губах появилась кровь, и он больше не мог дышать. Все это должно было убить его сразу, однако какая-то сила поддерживала его, продлевая агонию и заставляя пройти свою пытку до конца.
Последним за ним пришел огонь. Он сжигал его постепенно, по чуть-чуть – растворяя кожу, обгладывая мышцы, обугливая кости. Он чувствовал это. Наверняка он теперь завидовал жертвам шестого ритуала, убитым Безымянными, потому что их страдание длилось меньше, для него же пощады не было.
А потом его просто не стало. Властелин секты, убийца тысяч людей и могущественный монстр развеялся в прах, который тут же подхватил ветер и насмешливо смешал с мусором на полу.
Сложно было сказать, сколько ей осталось, но речь шла о минутах, не о часах. Доминик надеялся, что она не очнется, не почувствует боль, наполнявшую ее уничтоженное тело, однако она пришла в себя.
– Иди к ней, – Андра легонько подтолкнула его в плечо. – Будет лучше, если ее проводишь ты.
– Лучше для кого?
– Для нее. Она любит тебя, и ты знаешь об этом. Она – просто глупая маленькая девочка, которая допустила ошибку. За эту ошибку она уже заплатила, поэтому проводи ее в последний путь.
Конечно, он знал – и про ее любовь, и про ошибку, и про то, что должен быть с ней рядом. И не важно, что он тоже не железный, и приближающееся чувство смерти его пугает. Доминик знал, что переживет это, должен пережить – потом, может, будет вспоминать чаще, чем следовало бы, но все равно знать, что он поступил правильно.
Она лежала на полу в луже собственной крови, такая хрупкая – как бабочка, раздавленная небрежным движением руки. Он опустился рядом с ней на колени и осторожно подвел руку ей под плечи, чтобы приподнять ее. Он боялся причинить ей боль, но Полина лишь улыбнулась ему – жуткой алой улыбкой, показывавшей, что она лишилась большей части зубов.
– Мне нужно было послушать тебя… – прошептала она.
Конечно, нужно было. Потому что Андра была слишком спокойна, слишком легко повела их в очевидную ловушку. Чем еще мог быть тот адрес? Они искали Полину все эти дни, но безрезультатно, а она вдруг взяла и сама позвала их!
Андра не говорила ему о своих планах, а он не спрашивал. Они оба знали, что если на кону будет жизнь Полины, он сделает что угодно, раскроет любую тайну, лишь бы спасти ее. Не из-за любви, потому что он ее не любил. Доминику было достаточно того, что она хороший человек, совсем молодая девушка, у которой вся жизнь впереди.
Но не теперь, теперь-то ничего не будет. Он видел, что ее тело под одеждой потеряло форму. Андра верно подметила: Безымянные просто срывали на ней и остальных злость. Так капризный ребенок швыряет свои игрушки о стены, совершенно не беспокоясь о том, что будет с ними дальше.
– Все хорошо, – соврал Доминик.
– Вы победили…
– Да. Люди победили, теперь смерти закончатся.
– Я рада… Я только этого хотела…
Она закашлялась, и поток крови у нее изо рта усилился.
– Не нужно, побереги силы, – попросил Доминик.
– А зачем? Я умираю.
– Тебе помогут…
– Не помогут, – жестко прервала она. Ее взгляд оставался на удивление ясным. – Мне не больно… Это плохо, да? Но для меня – хорошо. Я почти ничего не чувствую… Не уходи, побудь со мной до конца, тебе не придется долго ждать.
– Полина…
Он не знал, что сказать ей, как поддержать. Все это было несправедливо – то, что случилось с ней, и то, что его огромной силы недостаточно, чтобы ей помочь. Но – как есть. От них уже ничего не зависит.
– У меня есть просьба, последняя, – неожиданно сказала она. – Она тебе не понравится, но пообещай, что выполнишь ее.
– Полина, я не знаю, смогу ли я…
– Это никому не повредит, клянусь! Я не заставлю тебя нападать на Андру или еще кого-то. Ты сделаешь это для меня… Пожалуйста!
– Хорошо, – вздохнул он, уже предчувствуя, что пожалеет.
Но что еще он мог сделать? Доминик знал, каково это – умирать. В этот миг тебе действительно важно почувствовать, что ты хоть что-то можешь изменить последним желанием.
– Ты говорил, что никто и никогда не отдавал тебе свои глаза добровольно, – прошептала она. – Поэтому ты не знаешь, сколько такие глаза будут служить тебе. Теперь узнаешь.
– Полина…