— Я давно в курсе о проникновении. Однако маловероятно, что это связано с Даниилом. А значит тут можно говорить только о поползновениях на наш законный биоматериал. Надо усилить охрану центра. Усилить на всех уровнях! В сети я напрягу нашего юного клона. А ты организуй круглосуточное патрулирование здания. Безопасность излишней не бывает. Ты видел саркофаг Даниила? Как думаешь, почему он весь покрыт бронёй?
— Я пытался найти ответ на этот вопрос.
— И?
— Не смог. Необходимость защиты столь высокого уровня непонятна. Мозг, замороженный без тела или тело, замороженное с мозгом — разницы никакой. Так зачем тратить тонны стали, налепляя на криокамеру бронелисты один на другой?
— Значит, необходимость в этом была. В архивах хоть что-то удалось найти?
— Почти ничего.
— Почти?
— Не сохранилось никаких чертежей или иной технической документации. Но буквально вчера был обнаружен дневник одного из сотрудников криолаборатории. Там есть одна интересная запись.
— Что за запись?
— Указано, что идёт работа по установке криокамеры неизвестной конструкции. Далее написано, что в неё помещён и заморожен не человек, а всего лишь мозг. И есть ещё одна непонятность: руководить работами по погружению мозга в камеру нежданно-негаданно явился лично Рогов. Вам не кажется это странным?
Первый долго обдумывал услышанное. Сухие потрескавшиеся губы еле заметно двигались, словно директор что-то пытался обсудить сам с собой. Морщинистые пальцы осторожно скребли пластик кресла. Глаза расфокусированно смотрели в никуда. Всё это длилось считанные мгновения, но Второй успел разволноваться как никогда:
— Первый, что с вами?
— Со мной всё хорошо. По этой камере… — он зычно хмыкнул, — Решим после. А сейчас надо переориентировать Даниила. Он как раз заинтересовался Вероникой. Дадим ему пропуск в детские сектора.
— Зачем?
— Детская психика весьма податлива. Думаю, что эта особенность поможет ему в развитии способности влиять на людей. Пусть потренируется, а заодно сменит рабочую обстановку.
— С какой целью? — Второй удивлённо хлопал глазами.
— Видишь ли… В старые времена людей невероятно угнетала однообразность. Даже было модно постоянно находиться в поиске новых впечатлений.
— Новых впечатлений?
— Именно. В те стародавние времена человечество не обладало умением делиться эмоциями. Книги, кино, музыка — это всё тогдашние способы передачи ощущений имели невероятно низкий коэффициент полезного действия. Поэтому люди при первой же возможности всё бросали и бежали, сломя голову, за новыми впечатлениями.
— Ясно. И последний вопрос. Насколько я знаю, в те времена у несовершеннолетних были особые права. Это не вызовет лишних подозрений?
— Ну, вообще-то Стас в разговоре с Даниилом уже касался этого момента. Правда, лишь вскользь. Но ты прав, надо всё хорошенько обдумать. Любые подозрения в голове нашего дражайшего рекламного агента крайне опасны!
Глава 8. Детский сектор
Добираться пришлось долго. После появления в домене Даниил даже приблизительно не мог оценить ни размеров маячившей на горизонте крепости, ни расстояния до неё. Полчаса ходьбы под палящим солнцем выжали даже из виртуального тела все силы. И молодой человек, плюнув на все предписания, вызвал дежурного техника:
— А нельзя меня было высадить поближе к домику?
— Нет. Контактная зона находится только в одной точке портала.
— Мда… А можно мне крылья вырастить или хоть велосипед заполучить?
— Нет. У вас гостевой доступ. Вы не имеете прав ни на какие манипуляции в домене.
— Что? Мне до этой чертовой крепости полдня что ли топать?
— Вы можете передвигаться бегом.
— Бегом? Вы издеваетесь? Я сварюсь тут к чёртовой матери!
— В вашем распоряжении базовое управление своим персонажем. Отключите воздействие температуры.
Разозлённый рекламный агент оборвал общение, после чего несколько минут оглашал округу самой непотребной руганью. Но делать было нечего, и Даниил, закусив губу, побежал в сторону торчащей у горизонта громады.
Цитадель поражала своей колоссальностью. Хотя куда сильнее удивляла аскетичность конструкции, больше всего напоминающая столовые горы. Такая же ровная, словно вылизанная ветрами. Мрачная, будто из сплошного известняка. Не было в ней ничего, что обожают виртуальные строители: никаких торчащих башен и черепичных крыш, не было фортов и бастионов, ни внешних крепостных стен, ни рвов. Не было даже бойниц.
Виртуальная крепость была возведена явно человеком с полным отсутствием даже зачаточных знаний фортификации. И тем не менее она дышала несокрушимостью. Даниила это нисколько не удивило. Ощущения, которые вкладываются при создании виртуального объекта отлично улавливаются практически всеми, кто потом вступает с ним в контакт. Это поразительное свойство творений в пси-доменах открыли в самом начале их функционирования. Увы, детальное исследование этого феномена так никто и не удосужился произвести.
