Но едва он миновал один пролёт, мимо него наверх вихрем пронеслась целая дюжина Вероник. Все как одна затянутые в черную материю, сжимающие в руках короткое смертоносное оружие. Даниил ошалело посмотрел им вслед и кинулся вниз. А через несколько секунд тишину вспороли автоматные очереди…
***
Они сидели в подземном бункере и хлебали картофельную похлёбку. В кромешной тьме, которую с трудом разбавлял едва горящий ночник, было совершенно не видно, что в тарелке. Но от аромата, хоть и неказистой, но по-настоящему домашней еды у Даниила невероятно потеплело на душе. Рогов точно уловил его настроение. Он осторожно тронул гостя локтём и тихонько спросил:
— Нравится?
— Очень!
— Да… В этом агонизирующем мире такие вещи бесценны. Прости, что сидим в потёмках.
— Ничего страшного.
— Девочки сегодня вымотались. Надо выспаться. А то бы ты увидел, как тут красиво. Они у меня настоящие умницы! Расписали стены и потолки. Любо-дорого смотреть! — он осторожно вылил из тарелки в рот последние капли и со вздохом добавил: — Пойдём на воздух. Там говорить легче.
Осторожно переступая закутавшихся в спальные мешки девушек, Антон Владимирович и Даниил выбрались наверх. Убежище находилось за пределами города, а потому чернеющий вдалеке мегаполис казался не мёртвым, а всего лишь спящим. Но чахлая растительность и беззвездное небо нисколько не разбавляли тоску. Они сидели на замшелых, поросших мхом бетонных блоках и думали каждый о своём. Рогов поймал взгляд Даниила и безошибочно определил направление его мыслей:
— Да, небо ясным теперь не бывает. Но и это можно исправить. Всё можно исправить.
— Правда? — от услышанного сердце Даниила резко ускорило ритм.
— Правда. Это будет не просто. Очень не просто. И без помощи ледяных нам не обойтись.
— Кого?
— Я так называю собратьев Инги. Нам с ними чертовски повезло. Хотя… Сложно сказать, везение это или промысел божий. Но я хотел поговорить с тобой совсем не об этом.
— Слушаю.
Рогов не спешил. Он долго разминал хрустящие пальцы, напряжённо кусал потрескавшиеся губы. Наконец, собравшись с духом, пробормотал:
— Даниил, я хочу рассказать свою историю. Для того… — Рогов замялся, шумно выдохнул и пояснил: — В общем… Потому, что это в большей степени твоя история.
Молодой человек в очередной раз удивился, но теперь уже принял это спокойно. А его собеседник, всё также с трудом подбирая слова, продолжил:
— Я всегда слишком много работал. Кроме этого ни на что не обращал внимания. Хм… Смешно, но из меня бы вышел практически идеальный клон. Мда… Семья, общество, политика — всё это было для меня лишь сукном, на котором лежали драгоценные камни дел… А когда эти выродки похитили Веронику, вот тогда я и почувствовал, что всё не так. Жизнь устроена не так! Но было поздно, — Антон Владимирович уронил голову, и Даниил заметил, как по щеке сбегают слёзы.
Рогов плакал беззвучно и неподвижно. Казалось, что капли дождя прокатываются по граниту памятника. Но он был человеком. И от понимания этого становилось страшно.
Через пару минут он поднял голову и медленно пробормотал:
— Когда её изуродованную укладывали в бокс, я поклялся, что она никогда не будет одинока, — он обернулся и с непонятной яростью проскрежетал в лицо Даниила: — И ты не в праве меня осуждать! Слышишь? Не в праве!
Молодой человек дёрнулся и испуганно пролепетал:
— Я и не собирался…
— Пока не собирался. Но если через пару минут ты схватишь меня за горло, то я не буду в обиде. Заслужил. Если что, то я даже памятку тебе написал. Она у меня в кармане.
— Да о чём вы?
— Я подозревал, что у дочки будут проблемы с психикой. А потому постарался реализовать специально для неё одну из моих революционных разработок.
— Какую?
— Ты думаешь, что я работал только над криокамерами? В действительности, это далеко не самый важный труд в моей жизни. Я ведь защитил диссертацию по нейробиологии. Но куда больше занимался выращиванием микроскопических нанотрубок, которые впоследствии стали основой структуры синтетического мозга. Это моё главное направление деятельности. И на этом пути я достиг немалых успехов. Мне удалось вырастить искусственный мозг, полностью идентичный человеческому, но имеющий колоссальные способности для интеграции с любыми цифровыми устройствами, — Рогов грустно посмотрел в глаза Даниила, — Вот потому ты и мог проникать в сны нарисованных в твоем домене персонажей.
— Что вы хотите сказать? — запинаясь, выдавил Даниил.
— Да, парень. У тебя не биологический мозг. Тебя не родила мама.
— Что?!
— У тебя не было родителей, не было жизни. Все твои воспоминания придумал я. Потому и криокамера, где ты якобы лежишь, больше напоминает сейф.
Услышать такое было уже выше сил вконец измотанного непрерывными катаклизмами человека. Даниил схватил Рогова за грудки и начал трясти словно тряпичную куклу. Сперва ему страшно захотелось расколоть свою голову, чтобы убедиться в чудовищности услышанной лжи, потом размозжить голову Рогову… Но вид бегущих стариковских слёз незаметно, но очень быстро лишил молодого человека сил. Он сполз на землю и тихо лежал, не говоря ни слова.
