Труп сантехника обнаружен в пятницу, соответственно, опоили клофелином его не позднее четверга (поздно вечером, ибо помойка - место посещаемое, и появившееся на ней тело будет быстро обнаружено уже в пятницу рано утром).
Итак, вечером в четверг у сантехника похищают ключ, а проникают Филипп и дочь чиновника в студию днем в пятницу. В ночь с пятницы на субботу злоумышленники не могли попасть в студию, ибо там спала Ева и уж точно услышала бы, как упала каменная маска, и как после дочь чиновника "хоронит" Филиппа. А в субботу утром Ева уже не досчиталась своей шубки. Значит, получается вот какой расклад.
Днем в пятницу Филипп, заранее переодетый в сантехника, входит в подъезд. Также в подъезд входит дочь. Вопрос: почему ее визит не зафиксирован видеокамерой. Возможный ответ: потому что она вошла через гараж, чтобы ее не увидели. Тогда встречный вопрос: а фигли, в таком случае, все эти переодевания в сантехника - завела бы дружка через гараж - и ладно. Возможный ответ: потому что в гараже тоже камера. Вопрос: а почему тогда видео с этой камеры полиция не отсмотрела?
Есть еще вариант, что дочь в пятницу не входила в этот дом, но Матвей считает, что она не доверяет подельнику, и потому не пустила бы его "на дело" одного. Значит, вошли вдвоем. (Эта версия далее подтвердится тем, что труп Филиппа кто-то закидал "грудой" вещей, значит, его подельница тоже вошла в студию.) Раз деньги нашла Ева, значит, заначку подельники уже не обнаружили. Зато Филипп нашел свою случайную смерть, став одним из наиболее реальных претендентов на премию Дарвина. Дочь забрасывает его "грудой" вещей, зачем-то снимает с него спецодежду и сапоги (какая, блин, разница, одет он в комбез опоенного клофелином сантехника или нет? На сантехника выйдут в любом случае, как на того, кто имеет доступ к одному из двух ключей от замка в студии, и дочь не может этого не понимать).
Затем дочь выставляет пакеты со спецодеждой и сапогами в подъезд и там их благополучно забывает (а мать даже не заглядывает в них, прежде чем выбросить - может, они баксами набиты или взрывчаткой?). После дочь спускается на этаж ниже, берет мокасины матери (ну конечно, надо ведь и на себя улику оставить!). Затем дочь забирает приметную шубку "из мишек" и покидает подъезд (возможно, через гараж, как зашла) Дальше придется сделать сомнительное допущение, что Ева не заметила появившуюся в студии целую "груду барахла", пусть даже в студии было немало других вещей. Мы же понимаем, что автор утрирует, когда представляет нам квартиру-студию, словно настоящие джунгли. Уж "груду" коробок с ногами в красных мокасинах, которой еще намедни не было, на самом деле, Ева обязательно бы увидела. Ну ладно, допустим, эта девица полуслепая, да еще и не почувствовала к утру "душок", который должен был появиться в студии после того, как труп часов двадцать пролежал в тепле - ведь фрамуги на тот момент не могли быть открытыми, ибо вряд ли Ева смогла бы ночевать в таком холоде, который подметил даже участковый. Окна открыли позднее.
Субботним утром Ева вышла из подъезда, направляясь на работу, возле дома стояла машина дочери чиновника, но дочь домой не заходила. Итак, дочка с утра примчалась, чтобы снова войти в студию. Зачем? Денег она не обнаружила еще в пятницу. Не успела всё осмотреть? Допустим, что у нее такие железные нервы, что она возвращается туда, где лежит труп Филиппа дабы еще раз хорошенько пошарить. А может, просто приперлась открыть окна - пусть Филипп подышит свежим воздухом.Потом почему-то дочь едет в квартиру к Филиппу, чтобы подбросить ему шубку (очевидно, чтобы перевести все стрелки на него, но зачем, ведь его труп и так уже валяется на месте преступления, а вот шубка, оказавшаяся каким-то чудом в доме у убитого грабителя, уже наводит на мысли о том, что у него есть подельник). При этом к Филиппу дочь почему-то едет на машине Евы. Заметьте, она выходит из дома вовсе не в приметной шубке, которую забрала вчера (скорее всего, она утром в субботу достает шубку из своей машины), но для чего-то тратит время на то, чтобы вскрыть и завести именно "божью коровку" Евы, а не уезжает поскорее на своей машине, раз уж так торопится (о том, что торопится, делаю вывод, исходя из штрафа за превышение скорости). Может, это скрытый мазохизм или чувство вины в ней говорит: мол, пусть меня застукают и накажут за всё, что я натворила? По дороге дочь (автор, ну дайте же ей имя!) умудряется нарушить ПДД (а пусть ее еще "гайцы" остановят - авось и на труп в квартире выйдут).
