Серебряков поднялся, шагнул к знакомой двери и потянул на себя массивную, но легко поддающуюся сворку. Поздоровались. Оба знакомы с войны, перенесли немало, но редко вспоминали о прошлом. Довольствовались настоящим, своими дружескими отношениями, полным доверием, умением руководить непростой деятельностью, связанной с появлением "туристов" — попаданцев во времени, работой ОЛИБ, а так же защитой секретов.
— Здравствуй, Коля. Скучать тебе не приходится. Чайку с дорожки, да перекусить?
— Здравствуй, Семён Ильич. Это точно, скучать некогда. Как снег на голову убойная информация от источника. От чая не откажусь, разговор долгий.
Пока секретарь расставлял чашки, блюдо с бутербродами и сладости, генерал молчал. Кивком головы поблагодарил вышколенного капитана и повернулся к Серебрякову.
— Теперь по порядку. Ксерокс твоего рапорта читал, но вопросов масса.
— Вот ознакомься, Семён Ильич. Это подробный отчёт источника.
Генерал неловко нацепил очки. Серебряков, про себя усмехнулся: "И ты туда же, в общество возрастных очкариков. А давно ли сам для работы с документами начал пользовался очками для дальнозоркости?" Отложив донесение, генерал недобро взглянул на подчинённого.
— Если это правда и твой Соболев слетел с катушек, чтобы делать карьеру таким способом, то у меня вопрос — сам куда смотрел? Твой протеже не просто подающий надежды учёный, но офицер, который давал присягу. Я помню этого Соболева, ты возил его на представление, а я знакомил твоего мальчишку с особенностями подразделения. А почему мы должны верить какому-то источнику? Без подписки о сотрудничестве, он вообще никто. И тут такое заявление — взрыв, подставка начлаба, где логика? Как лейтенанту гозбезопасности такое пришло в голову? Может вербовка под гипнозом наших западных коллег? И почему сейчас, а не раньше?
— Товарищ генерал, реагировать мы обязаны. Информатор из будущего, видит такую картину и хочет предотвратить преступление. Мотив у Соболева распространённый и понятный: почувствовал свой потенциал, а Доос пытался осадить сотрудника. В итоге рождается авантюрный план, где участие старшего лейтенанта не просматривается. В конце концов — оперативная комбинация, пусть даже такая отвратительная, но убойная, имеет право на жизнь. Западный след исключаю — уж больно топорно и нелогично. Хоть мы с тобой всякого насмотрелись. Вспомни негодяя Хохлова, а материалы по будущим предателям Гордиевскому, Левченко? Здесь идеологии не вижу, но подняться по карьерной лестнице на наших плечах и чёрт-те что творить в будущем с помощью прототипа, исключить никак нельзя. А вот какого ляда "Попаданец" вывалил нам такую информацию, пока не понимаю.
— Коля, вот и я спрашиваю, а ты не пробовал выстроить логическую цепочку почему твоему "Попаданцу" пришло подобное озарение? Как и когда он успел пережить эти события, чтобы воспользовавшись коридором времени из будущего, транслировать нам предупреждение о теракте?
Вместо ответа, полковник потянул к себе лист бумаги и стал чертить схему. Закончив передал генералу и медленно, словно прислушиваясь к свои резонам пояснил:
— Это моё видение, пока не ставил задачу перед аналитическим отделом и ни с кем не советовался. Просто так Петрушевский со мной встречаться бы не стал. Кто-то его надоумил, поскольку, фигурант осознавая соучастие, заинтересован забыть и спрятать подальше жуткий негатив. Нет, Семён Ильич, это не муки совести, что-то другое.
Серебряков кивнул на схему. В трёх окружностях с вписанными именами Соболева, Петрушевского и Чистякова, стоял знак вопроса, между информатором и лаборантом. Полковник отхлебнул чай и продолжил:
— Сговор Петрушевского и Соболева невозможен по понятным причинам. Инициатор, если верить нашему "туристу", воздействовал на его подсознание из будущего, внушив личине сегодняшнего Петрушевского благость своих намерений и непременное исполнения. А именно: войти в контакт с рецидивистом, убедить того и склонить к преступлению по нескольким статьям. Тут всё ясно, корысть и вера в безнаказанность. Следующий шаг — закладка взрывчатки с часовым механизмом в бокс камеры хранения. Тут появляется ничего не подозревающий, действующий втёмную Чистяков, доставивший опасную посылку в лабораторию. Соболев, прикрывающийся двумя посредниками, собственноручно делает закладку и ждёт развязки. После резонансного взрыва, всё стоят на ушах, начинается расследование, где причастность Соболева не прослеживается. Как явствует со слов Чистякова, в посылке находится блок для оборудования лаборатории, заказанный на оборонном заводе и подтверждённый смежниками. После события, ОЛИБ закрывается, в квартире Дооса находят взрывчатку и картина маслом — у следствия есть подозреваемый с такой уликой. Кристально чистый Соболев — потенциальный преемник и при удачном раскладе, занимает место завлаба. Так вижу события и последствия по имеющейся информации. Согласись, не знай мы расклада сейчас, примерно так и произошло
Внимательно слушавший генерал, прервал подчинённого:
