Реквием полностью

На одном из островов Самоа на вершине высокой горы есть могила. И вот что вырезано на надгробной плите:

На пластинке от кислородного баллона, приколотой ножом к лунному грунту, нацарапаны те же строки.

Это была на редкость паршивая ярмарка. Скачки не сделало интереснее даже участие отпрыска знаменитого Дэна Патча. Раздосадованные торговцы закрывали лавки и палатки, окружавшие арену.

Шофер Д.Д. Харримана не рассчитывал останавливаться здесь. Сам Харриман направлялся в Канзас-Сити на совещание директоров. Шофера же заставляли спешить туда кое-какие делишки на Восемнадцатой Стрит. Но босс велел остановиться и даже вылез из машины.

В стороне от арены возвышалась ограда с увешанной флагами и транспарантами входной аркой. Красные с золотом буквы афиш зазывали:

Мальчик лет девяти-десяти бродил возле арки, разглядывая плакаты.

— Хочешь посмотреть ракету, сынок?

— Конечно, сэр, еще как! — глаза мальчугана заблестели.

— Я тоже хочу. Пойдем вместе.

Харриман заплатил за два розовых билетика, и они вошли.

Мальчишка целеустремленно тащил его за собой, схватив за руку.

Закинув голову, Харриман профессионально осмотрел яйцевидный корпус ракеты, ее единственное сопло, заметил пояс датчиков. Взглянул на название. На ярмарочно-красном фоне блестели золотые буквы: «Вольный». Он заплатил еще четвертак и поднялся в рубку.

Внутри было темновато из-за радиационных фильтров на иллюминаторах. Вскоре глаза привыкли к полумраку. С благоговением верующего в храме Харриман вглядывался в клавиши пульта и полукруг циферблатов над ним. Как все знакомо — сердце сжало.

Он еще стоял, весь покрытый испариной, отрешенно глядя на пульт, когда кто-то вошел и тронул его за рукав.

— Вынужден побеспокоить вас, сэр, нам нужно лететь.

— Что? — Харриман очнулся и посмотрел на вошедшего. Тот был дьявольски красив — правильной формы голова, мощные плечи, открытый взгляд, четкая линия губ, твердый подбородок.

— Простите, капитан.

— Ничего.

— Капитан… э-э…

— Макинтайр.

— Капитан Макинтайр, вы возьмете пассажира? — вдруг загорелся Харриман.

— Конечно, если хотите. Идемте со мной. Он проводил Харримана к стоящему недалеко от ворот наведу с надписью «Контора».

— Доктор, осмотрите пассажира.

Харриман вздрогнул, но подчинился врачу. Послушав сердце и смерив давление, доктор покачал головой.

— Плохо дело, доктор?

— Именно, капитан.

— Это от волнения, а сердце у меня крепкое, — Харриман переводил взгляд с одного на другого.

— Неужели? — Доктор понял брови. — Но дело не только в сердце. Кости в ваши годы становятся настолько хрупкими, что могут не выдержать стартовых перегрузок.

— Простите, сэр, — добавил капитан, — но ярмарочная ассоциация не разрешает мне брать в полет никого, кто мог бы не выдержать старта, для этого и врач.

— Так я и думал, — плечи старика поникли.

— Простите, сэр… — Макинтайр направился к ракете.

— Постойте, капитан, — догнал его Харриман. — Может пообедаете со мной после полета… вы и ваш бортинженер? Капитан посмотрел на него удивленно.

— Спасибо, не откажусь.

— Удивляюсь, капитан, почему вы ушли с Лунной трассы? Трехлетний «Хеннеси» и «Корона Коронас», а также жареные цыплята и горячий десерт сделали непринужденной беседу в кабинете лучшего в городке ресторана.

— Не понравилось мне там!

— Полно врать, Мак, ты же отлично помнишь, что правление вышвырнуло тебя, и за какие грехи, тоже помнишь, — бортинженер усердно накачивался коньяком.

Макинтайр помрачнел.

— А хоть бы и взял я с собой пару бутылок? Я даже рад такому концу, так мне осточертело вечно быть под присмотром А ты кто такой, чтобы читать мне мораль? Ты, контрабандист!

— Я? Я контрабандист? А кто бы удержался захватить на Землю пару камешков? Да у меня был бриллиант величиной с… Я бы и сейчас жил в Луна-Сити, если бы не попался. Что там твои бутылки… мальчики тебя угощают, девочки улыбаются предлагают… — он тихо заплакал, уронив голову.

— Напился, — Макинтайр потряс его. Харриман удержал капитана.

— Оставьте, лучше скажите, вы действительно были рады бросить Лунную трассу? Макинтайр закусил губу.