Эта книга была написана Леоном Пилларом, когда после окончания Второй мировой войны прошло немногим больше двадцати лет. Были живы еще многие из участников описанных здесь событий. Автор не только воспользовался материалами и официальными документами, хранящимися в архивах исторического отдела Британского адмиралтейства, но и побывал в разных уголках Европы — и в Лондоне, и в Осло, и в Гамбурге, и в Киле, и в Тронхейме, и в Тромсё. Ему удалось лично встретиться и побеседовать со многими английскими и немецкими моряками и летчиками, с деятелями норвежского Сопротивления, с вдовами многих людей, погибших в те кровавые годы. История о том, как английские подводные лодки-малютки пытались потопить гигантский немецкий линкор «Тирпиц» и почти достигли намеченной цели, наверняка никого не сможет оставить равнодушным.
«Англичане не сдаются до конца. Даже будучи обращенными в бегство, они вдруг останавливаются и возобновляют сражение, с яростью сцепив зубы и жаждой мести, до последней капли крови, до последнего вздоха…»
18 января 1942 года Лондон проснулся под белым сверкающим пологом инея. Небо было серым и затянутым тучами, а сухой воздух пах снегом. 1941 год после многочисленных авианалетов противника, нанесших значительный ущерб, окончился относительно мирными, но беспокойными рождественскими днями.
Плотно затянув ремень каски на подбородке и нахлобучив ее до самых бровей, у дома премьер-министра стоял бобби.[1] Местом его была площадочка под лампой синего цвета между двумя коринфскими колоннами у входа в здание. Он знал, что старина Уинстон после непродолжительного отсутствия — тот постоянно совершал молниеносные поездки в самые разные уголки страны — был опять дома. Стоя неподвижно, хотя температура упала до нуля и было очень холодно, он с мрачным выражением лица всматривался в пустынную улицу.
Уинстон Черчилль[2] работал. Он работал день и ночь. Накануне вечером премьер внезапно прекратил свою писанину и встал из-за рабочего стола. Подобно капитану корабля его величества, находящемуся на командном мостике, он стал вышагивать взад и вперед по своему огромному кабинету.
На нем был домашний комбинезон, тесно облегавший его мощную фигуру. На угловатых, массивных, слегка покатых плечах выделялись подтяжки, закрепленные на груди двумя большими черными пуговицами. Черчилль любил носить вышедшие из моды костюмы и шляпы. Они хорошо сочетались с его склонностью к юмору и своеобразным театральным эффектам.
Несмотря на свою полноту, он ходил по кабинету быстрыми пружинистыми шагами, покусывая неизменную сигару и порою затягиваясь. Постояв у карты Северной Европы, висевшей между двумя книжными шкафами, он возвратился к письменному столу, положил сигару на пепельницу и сделал движение рукой, как бы подчеркивая какую-то мысль, затем снова задумчиво принялся вышагивать взад и вперед.
