Я протер глаза. Передо мной стояли Лютый и мастер Триммлер, державшие какие-то узелки. Вид у обоих был неважный: грязные, уставшие, измученные. Лицо и одежду Лютого покрывали пятна сажи, волосы слиплись и висели неопрятными сосульками. Гном выглядел постаревшим на добрый десяток лет: под глазами залегли тени, резче обозначились носогубные складки, уголки губ скорбно опустились. Верхние пуговицы на камзоле вырваны с мясом, истерзанная рубаха под ним расходилась, открывая тугую, с проступающими пятнами крови, повязку на груди. На лбу мастера Триммлера наливался огромный черный желвак, кожа на котором была рассечена. И еще что-то в его лице было не так, только я не мог сообразить, что именно.
-- Ты сможешь идти? -- повторил Лютый.
Я встал, пошевелил руками, потянулся, переступил с ноги на ногу, даже сделал пару приседаний, после чего заключил:
-- Смогу.
Два обращенных ко мне пристальных взгляда просветлели, угрюмые лица на миг осветились радостью.
-- Слава Лугу, хоть с лейтенантом все в порядке, -- выдохнул гном.
Чувствовал я себя вполне нормально, только вот желудок болезненно сжимался от сильного голода. Для поддержания энергии требовалась пища. Много пищи... Едва подумав о еде, я ощутил легкое головокружение. Ом понимающе кивнул:
-- На вот, мы принесли...
Брат поставил на каменную плиту, служившую мне постелью, матерчатый узелок, развернул его. Внутри оказалась краюха хлеба, аппетитный ломоть копченого мяса, несколько луковиц и бутыль вина.
-- Ешь.
Я не заставил его повторять дважды и принялся истово набивать рот. Утолив первый голод, вспомнил о приличиях:
-- А вы?
-- Мы сыты.
-- Вернее, кусок в горло не идет, -- мрачно проговорил мастер Триммлер. -- А вот вина я бы глотнул. За твое чудесное избавление.
Я пустил по кругу бутыль с кислым розовым напитком и завертел головой, пытаясь понять, где же мы находимся. Мысли путались, я все еще не совсем понимал, как здесь оказался и не мог толком вспомнить, что этому предшествовало. Маленькое, не больше пяти шагов в длину и пяти в ширину, низкое полутемное помещение без окон. Свет попадал в него через круглое отверстие в потолке. Стены и пол были сложены из прямоугольных цельных кусков серого мрамора. Никакой мебели в странном помещении не имелось -- лишь накрытый каменной плитой предмет, напоминавший...
-- Ну да, это склеп в часовне благочестивой Мартины, -- невозмутимо сказал Лютый. -- А спал ты на ее мощах.
Я едва не подавился последним куском мяса и поспешно соскочил с места упокоения добродетельной жрицы. Не то чтобы я был так уж богобоязнен, но негоже нарушать уединение мертвых...
-- Да не суетись ты! -- усмехнулся Ом. -- Ни одного здания вокруг храма Ат-таны не уцелело, здешняя часовня -- и та разрушена. А внизу, в склепе, тихо и сухо. Я сдвинул плиту и спустил тебя сюда. Тебе нужен был отдых, а Мартина простит.
-- Да уж, по сравнению с тем, что творится наверху, здесь просто благодать, -- вздохнул гном.
Вдруг память, вернувшись, в одно мгновение обрушила на меня весь кошмар того дня. Перед мысленным взором замелькали картины: храм Ат-таны... нарядная толпа, предвкушающая праздничное угощение... торжественная служба... пляшущий безумный Вериллий... убегающие люди... жестокая схватка... разрушенные здания, разорванные тела... и наконец, Лютый, хладнокровно нажимающий на крючок арбалета. Я схватился за голову, скорчился в приступе то ли душевной, то ли физической боли, простонал одно слово:
-- Дарианна?
-- Думаю, жива, -- ответил брат. -- Как только ты приказал освободить храм, я вывел ее и Копыла и усадил в карету. Вадиус сказал, что вывезет императрицу через Южные ворота.
Сунув руку под влажную, воняющую тиной и пропитанную грязью, рубаху, я извлек два медальона. Один, с гербом рода Марслейн, убрал обратно, второй -- кружок из черного дерева -- поднес к губам и прошептал слова активации.
-- Вадиус, Дарианна. Кто-нибудь, ответьте!
Связующий амулет безмолвствовал. Я пробовал снова и снова, шептал, орал, повторял имя любимой, умолял откликнуться -- тщетно.
-- Рик. Послушай, Рик, -- на плечо опустилась рука Лютого. Я отмахнулся, продолжая свои бесплодные попытки.
-- Рик, да очнись же ты! -- рассвирепел Ом, стукая меня по затылку. -- Скорее всего, амулеты не действуют. То ли испортились из-за нашего купания в грязи, то ли не выдержали воздействия бездны. Но мой тоже не работает.
-- А дядя Ге? - спросил я брата. -- Дрианн, Лилла... лорд Феррли?
Лютый печально покачал головой:
-- Не знаю, Рик. Ты проспал почти сутки. Я оставил тебя здесь и хотел отыскать их, но времени не было. Надо было помогать разбирать завалы.
-- Охо-хо, -- старчески вздохнул мастер Триммлер. -- Давайте выбираться отсюда, ребятушки. Чего в яме-то сидеть? А там, глядишь, и ее величество найдется, и все остальные, спаси их Луг. На-ка вот, лейтенант, обувай.
