Подруга не понимала, каково это так любить, чтобы жить мыслями о ком-то. А я не понимала и не знала другую жизнь, где можно было жить без мыслей о Максе.
Дима не давал мне и шагу пройти. В какой-то степени у него даже иногда получалось меня развеселить. Он всегда вел себя очень смешно и рассказывал всякие анекдоты. Дима всячески пытался добиться моего внимания. Он был высокого роста и худощав. Очки и редкие прыщи на лбу, делали его каким-то особенным. Несмотря на его недостатки, он был очень приятным человеком, и мне было приятно в его обществе. Он звонил после занятий и приглашал прогуляться с ним вместе с подругой, зная, что одна я с ним не пойду. Мы часто гуляли с ним, и нам было очень весело. Во время каждой прогулки он приглашал нас с подругой в кафе, где мы пили ароматный кофе.
Однажды, Мэри решила оставить нас наедине с Димой и под предлогом того, что ей нужно к стоматологу, ушла, как только выпила свой чай с кусочком лимонного торта. Мы же с Димой продолжали сидеть в кафе, так как для прогулки по улице было не подходящее время из-за холодной погоды. Он сидел напротив меня и время от времени поглядывал на меня влюбленными глазами. Я понимала, что он хочет что-то сказать, но не решается. Наконец-то сделав глубокий вздох, он начал:
– Элис, я слышал, у тебя была несчастная любовь, и ты все еще продолжаешь страдать.
– Это Мэри тебе сказала?
– Да, Мэри. Я знаю, что ты продолжаешь страдать, Элис, – снова повторил он.
– Мне бы не хотелось об этом говорить, – я тут же дала ему понять, что мне не хочется свои страдания с ним обсуждать.
– Элис, ты же знаешь, что прошлым нельзя жить. Тебе нужно отвлечься.
– Дима, мне ли не знать, что жить воспоминаниями очень сложно, и они причиняют боль. Только помимо причинения боли, они еще и спасают. Я не могу забыть прошлое.
– То есть не хочешь забыть, – понимающе кивнул Дима.
– Не то, что не хочу забыть…
– Но ты говорила, что помимо причинения боли, воспоминания еще и спасают. Элис, ты в своих воспоминаниях ищешь спасение. Только это ложное спасение. Нельзя в прошлом найти утешение, если отказываться от настоящего и будущего.
– Я пока не умею жить иначе.
– Хочешь, я тебе помогу?
– Как?
– А как ты хочешь?
– А хочу ли я?
Главный вопрос, Элис. Ты не хочешь забывать прошлое и продолжаешь оставлять зарытыми двери для будущего.
– Дима, давай будем друзьями. Я же честно призналась тебе в том, что не готова менять свою жизнь. Я не хочу ни тебя, ни себя вводить в заблуждение и обещать что-либо. Я в прошлом, Дима. Я там живу. Я там застряла. Знаю, это неправильно. Только я не спрашиваю, правильно это или нет. Мне комфортно быть там. Мысленно находиться в прошлом, и я не собираюсь впускать в свою жизнь человека, которому, как мне кажется, пока нет места моем в сердце. Что будет в будущем и как все сложится, за это я ручаться не могу, но пока мне бы не хотелось каких-либо изменений.
– Элис, скажу, что мне слышать это от тебя.
– Мне кажется, что лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Я не хочу тебя обманывать, поэтому и сказала тебе все прямо.
– Как ты легко это говоришь, при этом отстраняясь от меня.
– Дима, я выложила все с легкостью, так как не считала нужным давать тебе ложные надежды, зная свое состояние изнутри.
– Элис, я поражен. Мне тяжело это слышать то, как ты мне вместо любви предлагаешь дружбу, но и то приятно. Будем друзьями. Только, Элис, если будет какая-то возможность расположить тебя к себе, я это сделаю.
– Приятно, что ты меня понял, и не обижаешься, что отвергла тебя, как мужчину. Поверь, ты замечательный, но моя любовь к другому человеку так сильна, что никого не впускаю в свое сердце.
– Элис, а что представляет из себя тот человек, что ты так полюбила его? Можешь мне рассказать про того, кто так расположил тебя к себе? Ведь в наше время редко встречается такая долговечная любовь.
Я рассказала про Макса все, что могла за короткое время, сидя за столиком в кафе. За это время, Дима успел заказать несколько раз чай, с интересом слушая меня.
– Я не думал, что вообще бывает такого рода любовь, Элис, – пристально глядя на меня, выронил Дима слова удивления.
– Бывает. Я сама этому свидетель, – ответила я.
– Ты предъявила ему свое недовольство.
– Да, я тогда не знала, что уже влюбилась из-за того, что он не позвонил тебе? – Спросил он. Я выказала свое недовольство ему насчет того, что не обращает на меня внимание.
Дима спросил:
– А он что?
– А он посмеялся надо мной и спросил, действительно ли я так хотела, чтобы он мне позвонил. Я и ответила, что да.
– И что тогда? – Диму разрывало на части от любопытства.
– А он меня обнял и сказал, что я настолько маленькая девочка, что не умею даже толком говорить о своих чувствах.
– Прости, Элис. Я не думал, что у тебя настолько сильные чувства к твоей прошлой любви.
После этого разговора, Дима переменился ко мне и больше не присылал столько цветов и конфет. Он понял, что подарками не заставить забыть такую любовь, которую я испытывала к Максу. Теперь он больше был для меня другом, чем ухажером. Только предупредил одним условием, которое меня рассмешило очень.
