Мы все вместе ехали за машиной Макса, только не зная куда.
– Хоть бы сказал, куда едем и зачем? – Возмущенно, но с испугом говорила Мэри каждую минуту.
Андрей же сидел очень спокойно и молча вел машину за Максом.
Через пятнадцать минут мы оказались за чертой города и свернули в сторону какого-то кладбища.
Мы с Мэри удивленно посмотрели друг на друга, но не оставалось ничего, как только ждать, чтобы узнать, что же решил все-таки Макс, чтобы раз и навсегда избавиться от меня.
Подъехав к воротам кладбища, машина Макса остановилась и он вышел. Он нам указал рукой, чтобы мы выходили. Мы вышли и подошли к нему. Он снова сделал знак рукой, чтобы мы следовали за ним, и пошел вперед со своей девушкой. Мы же с Андреем, Сережей и Мэри, следовали за ним. Территория кладбища производила впечатление, словно я оказалась в жутком месте: кругом каркали вороны, и от этих звуков становилось еще хуже. Только я не могла поступить иначе, как послушаться Макса и следовать за ним посередине чужих могил, откуда на меня смотрели лица людей, которые завершили свой земной путь и теперь лежали навеки вечные в земле. Подойдя до определённого места, Макс остановился и повернулся к нам.
– Мы пришли, – грустно сказал он, все еще дотрагиваясь до своих разбитых и кровоточащих губ.
– Куда? – Спросил за меня Андрей.
Я же стояла и в недоумении осматривалась по сторонам. Только мне казалось, что мое сердце сейчас выпрыгнет наружу. Какое-то непонятное чувство начало овладевать мной. Мне казалось, что я в таком месте, где все иначе и меня ждет что-то ужасное.
– Элис, подойди ко мне, – грустным голосом попросил меня Макс.
Я подошла к нему ближе и пристально посмотрела на него.
– Элис, – снова повторил он.
– Что? Макс, я не понимаю причину нашего визита на кладбище. Это ведь не самое лучшее место выяснять отношения, – грустно сказала я.
– Элис, я не Макс, – сказал он и вытер слезы, которые у него тут же навернулись.
Я на несколько секунд стояла и не понимала, что сказал только что Макс.
Теперь он уже закрыл лицо руками и дал волю слезам.
– Что ты говоришь, Макс? Это ведь шутка? Грубая, но шутка? – Мне показалось, что он меня разыгрывает, но когда я увидела его плачущим, мне действительно стало не по себе.
Он взял мою руку и повел за собой по тому же ряду еще где-то пять метров.
Андрей, переживавший за меня, пошел за мной, а остальные последовали за ним.
Макс подвел меня к месту, где одиноко стояла надгробная плита.
– Что мы вообще тут делаем? – Спросила я, все еще пребывая в недоумении.
– Элис, это и есть твой Макс, – он указал мне памятник, – он заплакал так сильно, что больно было на него смотреть.
Буквально через несколько минут, он подвел меня к памятнику и поставил меня лицом к нему.
На памятнике была фотография Макса.
– Что это? Макс, это ведь шутка? – Не веря своим глазам, спросила я.
– Элис, Макс мертв уже много лет. А я его брат близнец – Матвей.
Услышав эти слова, я потеряла сознание. Что было после этого, я знать не могу, но пришла я в себя, когда я сидела у чужой могилы и меня приводили в чувства Андрей и Мэри.
Я услышала крики Мэри, которая звала меня и плакала, испугавшись за меня.
Придя в себя, меня с новой силой охватило понимание того, что только что произошло. Я попыталась встать, но не могла. Тогда с помощью Андрея, я кое-как поднялась на ноги и смотрела кругом потерянными глазами.
– Элис, давай поедем домой, – начал настаивать Андрей.
– Нет, не время, – только ответила я и подошла к могиле, откуда на меня улыбался Макс своей красивой улыбкой.
Приблизившись к нему, я провела рукой по портрету и моё сердце сжалось.
– Элис, он попал в аварию тогда, когда выехал из домика, – глотая слёзы, сказал брат Макса.
– Нет. Вы все врёте. Мой Макс не мог умереть. Он обещал, что всегда будет со мной. Вы все врёте!
Наклонившись к могиле, я увидела цепочку, которую когда-то мне подарил Макс, и я в ресторане год назад швырнула её в человека, который назвал себя Матвеем.
Он, заметив цепочку сказал:
– Я, тогда, в тот же день привез её сюда и оставил тут у Макса. Она не моя вещь и я не мог её держать у себя, – вытерев слёзы, сказал Матвей.
– Нет. Это неправда, – повторяла я, так как мои силы меня покинули.
– Элис, мне бы хотелось, чтобы все это было неправдой, но, к сожалению, действительность такая, что наш с тобой близкий человек давно не с нами.
– Не может быть. Мой Макс не мог так со мной поступить.
– Мой брат умер и больше не дышит воздухом, который душит меня без него. Он был самым счастливым человеком в мире. Элис, прошло больше пяти лет, а ты продолжаешь его по-прежнему любить. Это говорит о том, что никто не может гордиться такой любовью, как мой брат. Хотя, он этого уже не видит, и я вынужден сказать это за него; мой брат Макс, если и прожил очень мало и ушел из жизни очень рано, все же успел создать такую красивую любовь, которая спустя пять лет после его смерти продолжает жить в сердце его любимой девушки. Нас с братом различало лишь одно: он всегда и со всеми находил общий язык и легко располагал к себе людей, благодаря своему мягкому сердцу.
