По влажным глазам Элис, я поняла, что она еле сдерживает свои слезы, и я решила больше не говорить на эту тему. Она опустила руку в карман и достала, письмо. Это было то письмо, которое Макс написал, будучи при смерти. Она развернула его, и, вытерев слезы, начала вслух его читать.
– Дорогая моя Элис, если ты читаешь это письмо, то меня уже нет в живых. Пишет письмо мой брат, так как я сам не в состоянии держать даже ручку. Элис, любимая, в тот день, когда я выехал из домика в лесу, я попал в серьезную аварию. Врачи толком не обещают, что я смогу выжить. Я не переживаю о своей смерти. Я переживаю лишь о том, что больше не увижу тебя. Это и терзает мое сердце – «разлука с тобой». Ты, наверное, обижаешься сейчас на меня из-за того, что я не поставил тебя в известность, за то, что со мной случилось. Не обижайся, любимая. Мне нелегко было на такое решиться и позволить, чтобы ты меня увидела в таком разбитом состоянии. Я знаю, Элис, что ты меня очень любила, как и я сам тебя. Знаю, что ты будешь меня искать, ведь я так внезапно уехал и больше не вернулся к тебе. Любимая моя, была бы моя воля, я бы ни на секунду не отлучился от тебя. Только иногда судьба распоряжается с нами иначе, и мы не в силах изменить свою жизнь. Прости, что не смог сдержать слово, Элис и покинул тебя так рано. Я нахожусь на смертном одре в таком молодом возрасте и не жалею ни о чем кроме одного: Элис, лишь бы ты не посчитала меня трусом и не сказала, что я так легко сдался и ушел из жизни. Только какая-то часть моего сердца, которое тебя так хорошо знает, сомневается в том, что ты даже можешь подумать плохое. Ты чистой воды ангел, Элис. Ты не из тех, кто даже подумает плохо о ком-то. Поэтому мне и больно не за себя, а за тебя, так как оставляю тебя в печали. Теперь место моей ласки спутниками тебе станут печаль и горе. Я знаю, что ты не остановишься и будешь меня искать везде. Я понял, что слишком глубоко запал тебе в сердце, когда однажды ты полночь в дождь пришла ко мне в лес. Тогда я и понял, что у тебя ко мне невероятно сильные чувства. Знаю, что ты будешь очень переживать из-за всего, что случится скоро, поэтому сердце разрывается на части, понимая, что ты скоро узнаешь всю правду обо мне, ведь вечно, что-либо скрывать от человека не получится. Элис, любимая моя, исполни самое заветное и последнее желание умирающего и любящего до мурашек тебя человека: найди достойного человека и выйди замуж, чтобы быть счастливой. Это будет для меня самым большим подарком, что ты можешь сделать. Да, пусть без меня, но я хочу, чтобы ты была счастлива. Хочу, чтобы кто-нибудь смог нарисовать на твоем лице улыбку. Я знаю и больше чем уверен, что с тех пор, как я уехал, ты по настоящему больше никогда не улыбалась и не радовалась жизни. Прости меня, любимая Элис. Спасибо, за то, что была моей. Не думай, что раз я умираю, то и моя любовь умрет к тебе. Нет, не верь этому никогда. Я всегда буду любить тебя, даже если мое тело покроет толстый слой черной земли. Любовь, которая родилась во мне к тебе, всегда будет освящать твою жизнь.
Я не смог тебя сделать самой счастливой, но смог сделать самой любимой, мной любимой, любимая Элис.
Элис, через много лет, я буду ждать тебя в раю, чтобы снова увидеться. Солнце мое, мы на том свете непременно исправим то, что не смогли сделать на этой земле, ведь мы с тобой даже не насладились видом друг друга. Не проклинай судьбу, родная моя. Я, умирающий человек и то не обижаюсь на судьбу, ведь она мне подарила твою любовь – безмерную и самую красивую любовь, которая могла родиться в человеческом сердце. Я благодарен за все той судьбе, которая мне подарила тебя эти несколько месяцев жизни с тобой.
Прощай, моя любимая лесная фея. Сделай то, что не смог сделать для тебя я: насладись жизнью, так, как ты это заслужила. Я же буду ждать тебя в раю.
Навеки твой Макс.
Я стояла и слушала все, что читала Элис. Мы уже не плакали, а рыдали, настолько нас потрясло письмо Макса. На наших лицах оставались только следы косметики, так как платками все стерли.
Я слышала все слова, которые Элис говорила Максу. Такой нежности я и в книге прежде не читала. Я как не старалась, но все же слезы выступили на глазах, и от холодного ветра мерзло лицо от слез. Только я продолжала стоять и наблюдать за Элис, которая ласкала ладонью портрет Макса и плакала:
