— Эй, милашка! Моя лошадка хочет с тобой побалакать! Она думает, будто это ты заделал ей жеребеночка!
Свет от костров падал на его широкоскулое лицо и зловеще отражался от клыков и зубов, которые он содержал в безупречном состоянии.
Сорболдцы, получившие четкие указания не реагировать ни на что, кроме прямого нападения, продолжали упрямо смотреть на восток, в сторону Илорка.
Сержант натянул поводья и заставил своего громадного боевого коня сделать несколько шагов назад, а затем уверенно встал в стременах, ловко сохраняя равновесие.
— Кстати о папашах: знаешь, дружок, а ведь Ой вполне мог бы быть твоим, если бы его не обогнал тот шелудивый пес.
Ни один из сорболдцев даже не взглянул на него, а солдаты Грунтора весело захихикали.
Глаза сержанта хитро сверкнули в предвкушении новой шутки. Он остановил свою кобылу Лавину и начал спускаться на землю, продолжая выкрикивать насмешливые оскорбления в адрес стражников.
— Как там у вас с яйцами, ребятки? Какие-то они облезлые. С кустами, что ли, трахались или…
Едва его нога коснулась земли, Грунтор замер.
Кожа сержанта, обычно имевшая цвет старых синяков, вдруг побледнела настолько, что его солдаты заметили это даже в тусклом свете костров.
Грунтор быстро наклонился и приложил руки к земле, изо всех сил стараясь сохранить сознание и не обращая внимания на гул в ушах. Грохот в чреве земли чуть не сбил его с ног, сделал его слабым, а следом пришли боль и отчаяние.
Земля у него под руками стонала от ужаса.
ТОТ, КТО СБЕРЕГАЕТ КРОВЬ,
И ТОТ, КТО ПУСКАЕТ КРОВЬ
СОВЕТНИКИ ЛОРДА Гвидиона, снова собравшиеся в роскошной библиотеке Хагфорта, разбрелись по огромной комнате. Разбившись на пары и тройки, они изучали различные документы или тихонько переговаривались между собой.
Первым поздоровался с королевой, вернувшейся домой, Тристан Стюард, принц Бетани, самой могущественной провинции Роланда. Он торчал возле двери в полном одиночестве и, едва Рапсодия появилась на пороге, быстро встал, а затем вежливо склонился над кольцом на ее левой руке.
— Добро пожаловать домой, миледи, — приветствовал он королеву, правда не слишком внятно, поскольку явно перебрал прекрасного бренди из погребов Хагфорта.
Свет, падающий от светильников, развешанных в библиотеке, блеснул на его золотистых локонах, по цвету похожих на волосы Эши, но лишенных того диковинного металлического блеска, который король намерьенов получил в наследство от своей бабушки драконихи.
Рапсодия поцеловала принца Бетани в щеку, и он снова выпрямился.
— Здравствуйте, Тристан, — мягко проговорила она, забирая у него руку. — Надеюсь, леди Мадлен и маленький Малькольм здоровы?
Глаза Тристана Стюарда, зелено-голубые, как у всех представителей королевской линии намерьенов, моргнули, когда он на нее посмотрел.
— Да, вполне, благодарю вас, миледи, — через пару секунд серьезно ответил он. — Мадлен будет рада узнать, что вы о ней спрашивали.
— Юный Малькольм, наверное, уже делает первые шаги, — сказала Рапсодия, проходя в библиотеку под руку с Эши.
— Да, он вот-вот пойдет. Как мило с вашей стороны, что вы помните.
— Я помню каждого малыша, которому пела на церемонии Присвоения Имени. Добрый вечер, Мартин, — обратилась Рапсодия к Ивенстрэнду, герцогу Авондерра, который улыбнулся и почтительно поклонился.
Затем она кивнула каждому из собравшихся в библиотеке советников и поспешно заняла свободное кресло за длинным столом из отполированного дерева, за которым заседал совет. Герцоги Роланда и послы Маносса и Гематрии, Острова Морских Магов, — представители государств, входящих в Намерьенский Союз, опустились на свои места после того, как сел король.
— Я вижу, в мое отсутствие ты слишком долго задерживаешь своих советников, ведь уже ночь, — попеняла Рапсодия мужу, осторожно отодвинув в сторону тарелку с недоеденной индюшачьей ножкой, стоящую среди смятых бумаг и пустых бокалов прямо перед ней.
Потом она демонстративно оглядела стол и библиотеку, в которой царил весьма красочный беспорядок.
— Мы пересматриваем структуру орланданских тарифов, — ответил Эши с деланным отчаянием.
— А, тогда понятно. — Рапсодия повернулась к юному Гвидиону Наварнскому, сидевшему слева от нее. — Гвидион, на чем вы остановились, когда я своим появлением прервала заседание совета?
— Мы, похоже, зашли в тупик, обсуждая просьбу провинции Ярим предоставить ей льготы касательно налогов на продукты питания в связи с засухой, вот уже два года терзающей их земли.
— Именно, — подтвердил Эши. — Кандерр, Авондерр и Бетани выступают против отмены тарифов, а Бет-Корбэр согласен.
— Бет-Корбэр граничит с Яримом, и его расходы на перевозку товаров значительно ниже, чем у Авондерра, — запротестовал Мартин Ивенстрэнд, чья провинция, расположенная на берегу моря, находилась дальше всех от Ярима.
