В Великобритании на начало XXI века жило около 3 млн. мусульман, в Германии – около 5 млн., во Франции – более 6 млн., а в целом в Западной Европе около 20 млн., то есть почти столько же, что и в России. При этом в последние десятилетия ислам приняли около 1 млн. европейцев. Рождаемость среди мусульман значительно выше, чем у коренных жителей. В результате, как отмечалось в одном из материалов «Новой газеты», «сегодня в большинстве начальных школ Мюнхена, Нюрнберга, Аусбурга, Регенсбурга, других крупных городов Баварии число детей, чьи родители исповедуют ислам, достигает 60 и более процентов».[35] В школах целого ряда городов Германии решено организовать изучение ислама на немецком языке. В населенных пунктах Западной Европы построены многие тысячи мечетей: в Великобритании почти 2 тысячи, во Франции более 3 тысяч, в Германии свыше 2 тысяч.
Активизация ислама происходит и в Соединенных Штатах Америки.
Такие процессы происходят на фоне ослабления позиций традиционных конфессий, что серьезно беспокоит многих людей. Так, к примеру, в Великобритании в 1960-х годах было 250 тысяч мусульман, сейчас – свыше 3 млн, численность мормонов за последние 50 лет возросла в 30 раз и подошла к 200 тыс. человек. Что же касается последователей англиканской церкви, то только в 1990-х годы их доля в составе населения страны снизилась с 41,5 % до 27 %.[36] Во многих странах Европы мусульманские общины стали серьезным фактором внутриполитического влияния. В этом плане вполне объяснимо стремление западноевропейских политиков идти на широкие контакты с мусульманскими общинами в своих странах.
Изменения, происходящие в религиозной ситуации различных стран ставят новые проблемы как перед государственными органами, так и перед традиционными, так сказать, религиозными объединениями. Об одной из них достаточно деликатно, но вместе с тем весьма определенно сказано в Рекомендации Парламентской Ассамблеи Совета Европы 1556 (2002) «Религия и перемены в Центральной и Восточной Европе». Исламская культура, говорится в ней «все более становится частью европейского ландшафта», между тем «приверженцы двух христианских традиций (Западной и Восточной) не проявляют особого интереса» к ней. А незнание особенностей традиций, обычаев, культурных ценностей больших групп сограждан может способствовать усилению напряженности во взаимоотношениях с ними.
Свойственность религии регулятивной, коммуникативной и интегративной функций, позволяющих ей регулировать поведение людей, устанавливать и поддерживать между ними связи, укреплять их общность и способствовать сохранению существующей системы общественных отношений делает ее в условиях обострения социально-политических противоречий, усиливающихся в связи с глобализацией, серьезным объектом интереса политики и политиков.
И политика и религия используют как моральные стимулы для реализации этих функций, так и меры наказания. У политики меры социального принуждения более зримы. У религии больше наличествует нравственное осуждение или наказание, которое обещается преимущественно после окончания земного существования.
И у религии и у политики есть своя идеология, свой ритуал, своя символика. Элементы религиозной идеологии, религиозного ритуала и религиозной символики используются политикой и это характерно не только для далекого прошлого. В сегодняшних гербах Москвы и России, некоторых государственных наградах использована христианская религиозная символика, что, впрочем, вызывает нарекания со стороны мусульман, буддистов. и иудаистов, а также со стороны многих нерелигиозных граждан. «Государственная российская символика должна сплотить сознание всех россиян, в том числе мусульман – говорит президент Центра оценок и политики «Вспышка» Института сравнительной политологии РАН профессор А.А. Громыко. – Двуглавый орел и даже Георгий Победоносец – не самая удачная государственная символика федеративного государства. С помощью чисто христианских символов, как это ни парадоксально, будут набирать силу этнонационализм и сепаратизм, а объединенная российская нация так и останется миражом».[37]
То же самое можно сказать о политическом ритуале. В него нередко вводится религиозный элемент дабы придать политическим событиям и действующим в них лицам привлекательность, возвысить их. Во многих странах вступающий в должность глава государства клянется на Библии или Коране. В нашей стране при инаугурации первого Президента Российской Федерации для благословения был приглашен патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Предпринимаются попытки перенести этот опыт в субъекты Федерации. В Курской области вновь избранный глава Администрации А.В. Руцкой сразу после оглашения результатов голосования поехал в монастырь и там дал клятву на Библии. Аналогичным образом поступили губернатор Красноярского края А.И. Лебедь и губернатор Московской области Б.В. Громов.
