— Кадры сделаны с камер видеонаблюдения на проходной завода в день взрыва. Преступники, конечно, почистили записи во время общей суматохи, но они не знали о дублирующем сервере. Ваша дочь провела на завод постороннего человека использовав поддельный пропуск, который сама и внесла в базу данных.
— Но это ещё не говорит о её причастности к взрыву, — твёрдо возразила Рита, тем не менее чувствуя, что все её опасения по поводу Киры подтверждаются.
— На этих фотографиях, — Пётр передал ей ещё несколько снимков, — тот же самый человек, но на проходной другого завода, где тоже произошёл взрыв. Странное совпадение не находите? Пусть он и изменил внешность, но экспертиза подтверждает, что это один и тот же человек.
— Но Киры с ним нет, — холодно констатировала она.
— И это очень хорошо! Потому что на том заводе были жертвы. Вы представляете, что ей грозит за соучастие?
— Я не знаю, где дочь, — Рита опустилась в кресло. — Правда не знаю! — она взглянула в тёмные глаза гостя, что пристально наблюдали за ней и непроизвольно закрыла лицо руками стремясь избавиться от этого пронизывающего взгляда.
— Мы её обязательно найдём, — заговорил он уже более мягко, — и сделаем это быстро, но нам нужна ваша помощь. Вы должны рассказать мне всё, ничего не утаивая и я обещаю вам во всём разобраться прежде, чем этим займётся полиция.
— А какой у вас интерес? — она убрала руки от лица и взглянула на Петра. — Только не говорите мне, что мечтаете помочь директору! — усмехнулась она.
— Поверьте интерес есть, и он никак не связан с вами, но о нём я расскажу позже, когда смогу в достаточной мере вам доверять, — Рита удивлённо вздёрнула бровь. — А вы думаете только в вашей семье есть тайны? — усмехнулся гость, намёк на семейные тайны Рите очень не понравился, но она всё же кратко рассказала ему то, что знала о Курте. Пётр задумчиво кивал, просматривая что-то в своём телефоне.
— Петя! Как я рада! — в кабинет ворвалась Юля, чего раньше за ней никогда не водилось, да и Рита не помнила, чтобы знакомила её с Петром. — Так чего же вы тут сидите? — продолжала та, не обращая внимания на замешательство хозяйки. — Я как чувствовала, тесто с утра поставила, да пирогов напекла! На сытый желудок оно всяко лучше думается.
— Юля, твои пироги это что-то! Они мне даже во сне снятся! — расплылся в довольной улыбке гость, а Рита с недоумением поглядывала на этих двоих. Как спелись! А главное когда успели?!
С разговорами о пирогах Пётр и Юля плавно переместились на кухню и Рите ничего не оставалось, как последовать за ними. Меж тем Юля уже потчевала Петра словно дорогого гостя подкладывая на его тарелку самые вкусные кусочки. Кроме пирогов на столе появилась корейская капуста кимчи, без которой не обходилось ни одно застолье, похожая на спагетти яркая морковь по-корейски, усыпанная специями и многие другие блюда, что расторопная домоправительница выуживала из холодильника. Пётр не отказывался и на аппетит не жаловался.
Рита знала за собой грех обжорства, но утешала себя тем, что никогда лишним весом не страдала, оставаясь по-прежнему стройной на протяжении многих лет. «Ест как не в себя», это про неё, но на фоне сегодняшнего гостя, что молотил всё подряд со скоростью кухонного комбайна, она выглядела скромной малоежкой. Юля всё подкладывала еду на стремительно пустеющую тарелку, а Пётр нахваливал её стряпню и продолжал жрать. Да, жрать!
— О-о! Да у нас тут обжорный ряд?! — в кухню явилась довольная жизнью Надя. Ну, хоть у кого-то с утра хорошее настроение.
— Ты очень деликатна, дочь! — процедила Рита, усаживаясь за стол. Раз уж пошло такое дело, то почему бы не присоединиться.
— Здрасьте, дядь Петь! — отреагировала та и послала гостю воздушный поцелуй.
Рита с изумлением взирала на происходящее и задавалась резонным вопросом, а не упустила ли она чего, думая всё время о работе? Ответ напрашивался сам собой. Конечно, упустила, и прежде всего Киру. Почему она не забила тревогу, когда дочь стала отдаляться от неё? Почему не обратилась за помощью к тому же Петру? Ведь он помог бы? От этих грустных мыслей есть расхотелось.
— Не кори себя понапрасну, — Юля поставила перед ней тарелку с так любимым штруделем, что в её исполнении был особо хорош. Знает ведь от чего Рита не сможет отказаться. — Чему быть, того не миновать! — философски изрекла домоправительница, подставляя тарелку с сырниками, густо политыми сметаной и малиновым вареньем к Наде, та благодарно улыбнулась в ответ.
— И что у нас стряслось? — осведомилась девочка.
— Да вот сестрицу твою заполошную выручать надо, — охотно отозвалась Юля, Рита выронила десертную вилку, и та звонко стукнула по тарелке. — И не надо на меня так смотреть, — повернулась домработница к ней, — вы так орали, что только глухой не услышит!
— Угу, — поддакнула Надя, уплетая сырник.
